Книга Тайна озера самоубийц, страница 41 – Анна Велес

Илья где-то об этом уже слышал. Кажется, на экскурсии. Да, тогда у озера гид упоминала о чем-то похожем. Она назвала водоем «озером самоубийц». И, по ее словам, этот Игорь был не единственным. Тут же вспомнилась Илье и еще одна случайно услышанная фраза сегодня утром. Василий говорил напарнику, что не ожидал гибели кого-то из Горских. Снова – в этот раз… Над этим всем придется хорошо подумать и поработать. Позже. И не при Кларе.

Илья демонстративно закрыл ноутбук. Писательница чуть вопросительно приподняла брови. Казалось, она недовольна.

— Не торопи меня, – мягко попросил журналист.

Клара кивнула. У нее был непривычно мягкий, даже ласковый взгляд. Илья устал разбираться в ее играх и настроениях.

— Тебе надо поспать, – суховато произнес он. – Всем нам. Наверное, я даже последую примеру Пети. Коньяк. Но, конечно, не в таком объеме.

— Хочешь, я поставлю чаю? – предложила писательница. – Аниного. Он успокаивает.

— Нет. – Илья сейчас не хотел ничего, что напоминало об Анне. И наверняка Клара об этом догадывается. – Все же выберу что покрепче. И давай я вымою посуду, а ты иди отдохни.

— Спасибо. – В тоне Горской появились надменные ноты. – Справлюсь сама. Да и спать не хочу, предпочту поработать.

— Как скажешь. – Он улыбнулся ей миролюбиво и даже искренне.

В эти последние минуты Клара стала похожа на себя обычную. Это как-то успокаивало. Забрав ноутбук, Илья отправился к себе в комнату. Поднимаясь по ступеням, планировал, что ему делать. Надо дочитать статьи про бензодиазепины. Отдельно изучить инструкцию конкретно бромазепама, его побочные эффекты и передозировку. Найти хоть что-то про тот самый «прошлый раз». Мыслей было много. Куда и как добавили снотворное, как Анна попала на озеро. И снова – когда конкретно. Илья хотел представить картину преступления. Даже несмотря на то, что это было для него психологически тяжело.

Ему не хватало Анны. Неожиданно остро. Их неловких разговоров, ее серьезного напряженного и такого доверчивого взгляда, ее улыбок, задорных, даже лукавых, когда она дразнила сестер или шутила с братом. Не хватало всего. Но главное… Ее звучания. Даже не самой той мелодии, а того, что вложила в нее Анна.

Илья вступил в полутемный коридор второго этажа. Его комната была почти последней. Ближе к лестнице – комната Анны. Дверь была чуть приоткрыта. Крохотная щелочка. И это показалось ему… знаком? Нет, конечно, это лишь обманчивая надежда, глупое ожидание чуда, или лишняя деталь, заставляющая снова и снова вызывать в памяти лицо девушки.

Журналист замедлил шаг, нерешительно остановился. Это явно было лишним. Только зря распалять себя, сознательно усиливать чувство потери. Но, с другой стороны, если отбросить эмоции, он сможет узнать чуть больше. Илья решительно отворил дверь и вошел.

Комната была чуть больше, чем его собственная. Она казалась скромной, какой-то безликой. Тут практически не было личных вещей Анны. Ни фотографий, ни игрушек или сувениров. Просто место для ночлега, не хуже, чем гостиничный номер. Светлые обои, тонкие занавески на окне. Мягкое покрывало на кровати. На туалетном столике какие-то флакончики. Илья уловил еле заметный запах ее духов. Что-то легкое, цитрусовое с фруктовой ноткой. Небольшая шкатулка с бижутерией. А еще – бумаги. Точнее, нотные листы, исписанные вручную. Единственное, что по-настоящему принадлежало Анне. Опять – ее музыка.