Книга Тайна кровавой графини, страница 110 – Анна Велес

— Сколько у меня времени? – спросил он, прежде чем уйти.

Артем давно научился ждать. По работе ему не раз приходилось просиживать почти без движения по несколько часов при ведении наружного наблюдения или при необходимости ожидать появления преступника в тех же облавах. Он давно привык занимать свои мысли. В этот раз даже не приходилось решать, чем конкретно. Все два часа, сидя в своем автомобиле во дворе филармонии, следователь пытался как-то приготовиться к предстоящему обряду.

Это довольно сложно, когда даже представить не можешь, что тебя ждет. Артем помнил слова Давида о том, как важна связь с девушкой, чье тело захватила сущность. Первые несколько минут следователь просто пытался разобраться в собственных эмоциях. Что он испытывал к Люде? Называть это любовью или даже влюбленностью точно было бы глупо, ведь, по сути, Артем ее ни разу и не видел, они не были знакомы, не встречались и не разговаривали. Кроме того раза в подворотне. Но это точно не стоит брать в расчет.

Однако это стойкое желание помочь девушке, вытащить ее из этой истории живой, защитить от опасности, заодно и перед законом, насколько такое вообще возможно, появилось именно вчера ночью. Артем постоянно вспоминал взгляд Люды. Испуганный, даже немного жалобный, но в то же время упрямый. Он видел, как она боролась, уважал ее за силу воли, восхищался, как много девушке удалось. Сам он даже представить не мог, что было бы на ее месте с ним самим, да с любым другим!

Еще Артем помнил те фотографии, что рассматривал в доме Люды. Ее открытое лицо, искреннюю улыбку и тепло в глазах. Все же в этой девушке было нечто такое, что ему нравилось. Если бы они встретились при других обстоятельствах, Артем точно знал, что захотел бы с ней сблизиться. Так что нет, пусть это еще не влюбленность, но… Он даже попытался вспомнить то странное слово, одно из посланий Люды. Предчувствие любви. Где-то так. Хотя бы – предчувствие симпатии.

Этот небольшой сеанс самоанализа почему-то успокоил следователя. Нервозность, накопленная за день, за все сегодняшние разговоры, все открытия, как-то улеглась. Хотя, казалось бы, наоборот, к вечеру должна была дорасти до паники. Пока же, решив одну задачу, Артем перешел к другой.

И снова он вспомнил слова Давида. Теперь уже о том, что твари, приходящие откуда-то там в наш мир, всегда питаются человеческой болью и страхом. Вот это было важно: на чем смогут поймать его? От решения такой задачи зависело, сможет он спасти Люду или нет. Наверняка за собственную психику ему тоже стоит переживать, когда начнется обряд.

Вот только Артем в принципе не мог сообразить, чего же он боится. Нина всегда шутливо замечала, что следователь опасно психически стабилен. Никаких фобий, заодно и детских травм, способных привести к развитию всех этих страхов. Он перебирал все, что мог, от банальной боязни тесноты или глубины до экзистенциального страха одиночества или даже социофобии. Ничего.

Единственной своей слабостью Артем считал именно эту привязанность к Люде и боязнь ее потерять, не удержать, не вернуть из плена того существа, которое девушку захватило. Потому следователь снова и снова вспоминал, как позвал ее мысленно, как в тот момент не пытался даже представить лицо Люды, а обращался к самой сути девушки, к тому образу, который сам себе придумал и ассоциировал с ней. Наверное, как раз с ее душой.