Книга Вехоть, страница 18 – Хьюго Борх

Соня была категорична:

— Вика, ну ты сравнила. У Насти тут что-то про интуицию, про предков, а у тебя, извини, бред какой-то про тазик. Может ты прикалываешься, так и скажи.

— Да вы что девчонки, я вру, да?

— Да не в этом дело, ну ладно, замяли.

Тут Соня сделалась совсем, совсем серьезной, ее смуглое лицо потемнело.

— Ты должна ехать туда одна, и ты знаешь почему.

— Вика, ты у нас «прошаренная», ты чего молчишь? Тоже считаешь, что я одна должна явиться на хутор?

— Да блин, конечно, нет. Мы будем ждать тебя на дороге.

— Нет, – категорично отрезала Соня, – везде одна, иначе никакого смысла. Духи иначе не проявят себя.

— Во! – Вика показала большой палец. – Соня у нас прошаренная.

…От Москвы до хутора чуть больше четырехсот километров. Трасса свободна, вокруг снежные просторы, ехать – одно удовольствие.

Вика пробилась с напутствием, через сотни километров подруга поискала новые оправдания внезапной моей командировке, пусть хоть квартирного разлива, но должна же я докопаться до сути.

Надеялась вспомнить что-то из рассказов о хуторе. Дом бабки Варвары сожгли и сравняли с землей. Боялись ее после смерти.

За огородами, среди брошенных домов остались две избы рядом: моих предков и их соседей. Жили семьи душа в душу. Но разлад какой-то между домами, и до вражды дело дошло. Потом соседи были вроде как разной веры. Он – христианин, она – язычница, вот не повезло. У соседей произошла трагедия с ребенком, – ребенок утонул в реке, потом муж покончил с собой, потом и жена исчезла. Будто проклятие на них какое.

Машину я оставила в двух километрах от хутора. Снег становился глубже, и застрять – это значило возвращаться. Хотя «возвращаться» – не то слово, пройти как бульдозер пять километров до трассы, а там по трассе проползти еще двадцать девять километров до Тамбова, это будет точнее. Надежду на попутку все же не будем сбрасывать со счетов.

Шла, как партизанка, осторожно, с остановками, хотя если что, убегать по такому снегу нереально. Лес становился все гуще. Завиднелся сарай, утонувший в снегу, с высокой шапкой снега, – только узкая темная полоска от бревен виднелась, – замело сарай набежавшими буранами. Тишина и благодать в мгновение ока сменились заиграли тревожными нотками.

Пока ехала на внедорожнике – все было на одном дыхании. При этом, не создавали никаких сложностей морозец минус пять и плохая видимость с мелкой снежной крошкой. Не обошлось и без ЧП. На одном из участков трассы последствия серьезного ДТП. Машины в кювете, людей, надеюсь увезли в больницу, а не в морг. Но лучше об этом не говорить. Дурной знак, – а мне нужна максимальная концентрация, чтобы не проехать поворот.

После поворота с трассы расчищенный асфальт резко сменился тряской и вибрациями – что поделать, распутье. Вдоль разбитой сельской дороги тянулись десятки брошенных домов. Дачи-не дачи, черт их разберет.

Может быть, я чересчур верю в приметы, может из-за этого и моя проблема, что до сих пор не родила ребенка, но такие места просто так, вот так, запросто не запустят гостей.

Окей, я сделала парковочный карман, на мне лыжный финский костюм, рюкзак за спиной и теперь оставалось совсем ничего – по сугробам пройти пешком на хутор.

Не сказать, что идти было тяжело. Впереди кто-то прошел, видимо на хуторе еще остались какие-нибудь жители. Главное, в небольших впадинах можно было запросто подвернуть ногу и завершить поход. А это в мои планы не входило. А дальше обнаружился след полозьев и лошадиных копыт, который вел к небольшому стожку сена, потревоженному зимой.