Книга Комендантский час, страница 2 – Джейн Коуи

— Она там. Я… я накинула на нее куртку. Не знала, что еще сделать.

— Вы все правильно сделали, – лгу я, не желая усугублять их страдания. Я прошу Элисон, другого офицера полиции, записать их показания и успокоить, насколько возможно. Достаю планшет и начинаю записывать. Планшеты сменили смартфоны много лет назад, и сейчас они есть почти у каждого. Они одновременно и благословение, и проклятие, поскольку все твои данные хранятся в одном месте, но ты в полной заднице, если потеряешь эту чертову штуковину или если она тебе вообще не по карману.

Я собираюсь с духом и спускаюсь к густым зарослям кустарника. Первыми бросаются в глаза босые ноги. Ногти на ногах персиково-розовые. Какой красивый цвет! Он напоминает цветы, губную помаду и летние девчачьи платьица, то есть все милое и очаровательное, чему здесь нет места. Труп частично завернут в белую простыню, а плечи и лицо накрыты синей спортивной курткой.

Приседаю рядом с ней. Это переломный момент, точно такой же, как убийства члена парламента Сьюзен Лэнг и четырех женщин шестнадцать лет назад. Их находили забитыми до смерти в общественных местах в течение пяти ужасных месяцев.

Пока убийцу не поймали, женщинам велели оставаться дома. Подразумевалось, что, если с нами что-то случится, это будет наша вина. Но нам надоело, что нас обвиняют в поступках мужчин. Мы сказали «хватит». Начали создавать онлайн-сообщества. Выходить с демонстрациями на улицы. Это не сработало, и тогда мы объявили забастовку и прекратили выполнять неоплачиваемую домашнюю работу, лежащую в основе существования общества. Мы жаждали перемен, и мы их получили. Без преувеличения могу сказать, что те убийства дали нам комендантский час, и теперь я задаюсь вопросом, что нам даст это убийство.

Поспешно отгоняю эту мысль. Сейчас ситуация в корне другая. Мужчины обязаны оставаться ночью дома, их передвижения между семью вечера и семью утра отслеживаются по электронному браслету на лодыжке, который незамедлительно предупредит нас, как только им вздумается нарушить комендантский час. Если бы в этом деле был замешан мужчина, я бы уже знала.

Я целую вечность не сталкивалась с подобным – но обучение не проходит даром, и за это можно быть благодарной. Планшет наклоняется под нужным углом, пальцы записывают каждую деталь. Достаю из кармана пару латексных перчаток, надеваю их и аккуратно приподнимаю край куртки, закрывающий лицо и плечи.

К горлу подступает желчь, но ее удается проглотить. Во рту остается горький вкус. Я выпрямляюсь, подставляю лицо рассветному небу и глубоко дышу. Немного отодвигаюсь в сторону, пропуская Рэйчел.

— Это явно не несчастный случай, – потрясенно произносит она.

У меня нет времени ее утешать.

— Нужно оцепить парк, – говорю я. – Расставьте полицейских возле каждого входа и выхода. Никого не впускайте.

Долго об этом умалчивать мы не сможем. Но я должна выиграть как можно больше времени. Нужно передвинуть тело. Прочесать каждый дюйм парка. Установить личность погибшей и сообщить семье. О, боже! Ее семье.

— Уже, – говорит Рэйчел, лезет в карман за планшетом и дрожащими пальцами набирает сообщение. Полицейский участок всего в нескольких минутах езды отсюда, так что офицеры окажутся здесь совсем скоро.

— А как же идентификация?