Книга Из ада с любовью, страница 133 – Эрих Келлер

— Да нет же, честное слово. – Тони вовсе не считал себя ребенком. Давно не считал. – Я очень даже плохо думаю о людях… Но младенец…

Мисс Флаффи говорила, что однажды младенец укусил Алису Лейбер за грудь… Щенки мертвых доберманов делали то же самое – и сосали из материнской груди молоко с кровью.

Тони передернуло плечи, он тряхнул головой – это больше похоже на кошмар, чем на правду. И веревка, созданная по новейшей немецкой технологии, предназначена для пятимесячного малыша? И миорелаксант с множеством побочных эффектов, вроде сведенных челюстей?

Воспоминание о крысе со свернутой шеей и то вызвало рвотный спазм, а воображение уже подсовывало кровавую картинку – дитя человеческое, выгрызающее язык и щеки другого человеческого дитя… Сколько бы косвенных доказательств ни имел Тони, сколько бы фактов ни подталкивало его к решению задачи, такого противоестественного ответа он предположить не мог.

— Ты же математик. Это же очевидно, Тони. – Кейт подтолкнула его вперед – оказывается, он все это время стоял на месте. – Впрочем, математики – самые наивные на свете люди…

— Математики – очень разные люди. Это в книжках они все тронутые. Я лично знаком не менее чем с сотней математиков, потому и знаю, что говорю, – выпалил он одним духом и добавил, помолчав: – А я вовсе не наивный.

— Хорошо-хорошо… – Кейт спрятала улыбку. – Взгляни на это с другой стороны. Со стороны миссис Литтл… Бедный малыш! В одночасье из уютной колыбели попасть на улицу… Вместо материнского молока питаться дохлыми крысами… Он совершенно один, его преследуют ветераны с паяльными лампами! Ему холодно и одиноко!

— Ты полагаешь, миссис Литтл знала, кто такой Потрошитель?

— Думаю, да. Потому она и замкнулась.

Да, в своем рассказе она почти не касалась ребенка. И решила, видимо, что Тони собирается разыскать и убить малыша. Впрочем, желание ветеранов уничтожить «отродье» (вот уж в самом деле отродье!) стало отчасти понятным, стоило только представить два передних резца, разрывающих горло жертве. Малыш родился с двумя передними зубками, это Тони говорила девушка в родильном отделении Лондонского госпиталя. Черт, фактов было слишком много, чтобы не догадаться об этом раньше. Все же доктор Фрейд в чем-то прав: если человек не хочет замечать очевидного, он не будет его замечать.

А отца Бинго суки принимали за живого кобеля… Так же как Дэвид Лейбер ничем не отличался от живого человека.

И что, если выстрелить младенцу в глаз, ему это не повредит? А пластины из кейворита вживлены ему под ребра? Или еще нет?

— Но ведь он… чудовище… Миссис Литтл не показалась мне циничной стервой, которой плевать на случайные жертвы.

— Думаю, она винит в случившемся Ветеранов, – пожала плечами Кейт. – Если бы не они, Дэвид Лейбер продолжал бы контролировать ребенка.

— Он не контролировал ребенка. Нападения Потрошителя на людей начались до того, как были убиты Лейберы. Мы с Эрни занялись этим делом, потому что сразу предположили применение технологий, запрещенных Версалем. Мы тогда не знали, что его преподнесут нам на блюдечке с голубой каемкой. Но я бы скорей заподозрил самого Лейбера, чем его сына…

Ну да, Дэвид Лейбер летал в Штаты… Наверное, тогда младенец и вышел из-под контроля, его метаболизм предполагает бо́льшую, нежели обычно, потребность в пище. Черт возьми, можно пожалеть Алису Лейбер – жить с эдаким чудовищем в одном доме, кормить его грудью… Для щенков вроде Бинго мать ничего не значила, они не зависели от нее.