Книга Он социопат. Только бы не влюбиться..., страница 74 – Татьяна Карсакова

— Какой Артём молодец! — Маша удивляется. — Повзрослел, что ли?

— Говорю же, влюбился, — говорит Артём на полном серьёзе. — Маш, что делать, если Юлька меня в себя влюбила, а теперь давать не хочет?

— Да почему у меня нет скотча?! — взрываюсь. — Артём, помолчи! Иначе, честно, я тебе рот заклею!

— Я уже пробовала, — Маша вздыхает. — Не помогает, он его отклеивает и дальше разговаривает. Надо только с ногами и руками, тогда минут на пятнадцать хватит.

— А вы обе меня не поймаете, — Тёма изображает на лице злорадство. — А если и поймаете, просто вас скручу.

Ставит перед Машей на стол подогретое молоко. Мой чай сначала разбавляет водой, только потом даёт кружку в руки. Как я для него недавно.

— Пончики ешь, вкусные.

Усаживается между мной и Машей, загораживая нас друг от друга.

— Юль, тебе звонила мама Дениса, ты не взяла трубку, потому что не хотела разговаривать? — ласковый вопрос.

Киваю. На самом деле просто телефона не слышала.

— Тебя на уши поставили? — спрашивает Артём. — Прости.

— Всё хорошо, — Маша улыбается. — Молодцы, что Дениса отвадили. Юль, прости, но метод Артёма самый эффективный. Там вся семья тебя жаждет видеть невесткой. Мама его хочет ехать с тобой поговорить.

— Я не хочу ни с кем разговаривать! — машинально прячусь за Артёма.

— Вот за спиной и посидишь, — бросает Тёма. — А я поговорю.

— Нет, мои хорошие, — перебивает Мария Александровна, — вы оба посидите у меня за спиной, а я поговорю.

— Отец Юлин что? — спрашивает Тёма.

— Мне вам процитировать? — Мария Александровна вздыхает. — Там была одна фраза. «Не я её сватал, не мне с проблемами разбираться».

— Блять, — бросает Артём.

И меня даже не корёжит мат из его уст. Меня в нём ничего не корёжит. Потому что я влюблённая дура. Хотя отчаянно пытаюсь в него не влюбиться.

— Там шкурный интерес в браке есть? — спрашивает Тёма.

— Есть, — Маша чуть кривится. — Юль, прости, сейчас говорю как есть. Во-первых, мама не может поверить, что сыночке-корзиночке кто-то посмел отказать. Во-вторых, сыночка-корзиночка расписал всё так, как будто ты его избил и унизил. Требуют твоей крови.

Вздрагиваю. Хватаю Артёма за руку.

— Юльчонок, ты чего? — бросает на меня взгляд сверхчеловек и засовывает в рот очередной пончик.

— Боюсь за тебя, — объясняю. — Мария Александровна!

— Нашла за кого, — Маша беззаботно смеётся. — Мой муж уже объяснил, что кровь Артёма им будет только через их разорённую фирму.

— Слава Богу! — выдыхаю.

— Юлька, ты дурная такая, — фыркает Тёма. — Мою кровь получить — это ещё постараться надо.

— Юленька, — Маша перебивает, — давай на всякий случай немножко соврём, ладно? Скажем, что Артём его не трогал. Ну, на всякий случай.

— Артём пальцем к Денису не прикоснулся, — произношу уверенно.

— А ещё Артём млеет от того, что ты его защищаешь, — Маша фыркает. — Глянь, даже улыбнуться соизволил. Бестолочь!

Бросаю взгляд на Тёму. Действительно, уголки губ чуть приподняты, и лицо такое… Чётко считываю, что он очень доволен.

— Ты защищаешь меня, я защищаю тебя, — объясняю ему.

— Видишь, Мань, — показывает взглядом на меня, — Юлька хорошая. Юлька меня любит и защищает. А ты только ругаешься. Будешь плохо себя вести, уйду от тебя к Юле.

— Ты сейчас договоришься, я тебя здесь и оставлю, — огрызается Маша.