Книга Он социопат. Только бы не влюбиться..., страница 37 – Татьяна Карсакова

Ну что, Юля, пришла пора взять жизнь в свои руки?

Дух захватывает, но я делаю шаг. Становлюсь на самый край так, что между моей подошвой и обрывом почти не остаётся пространства.

— Иди, — холодный приказ. — Ты поймёшь, что это интересно.

Смотрю вниз, голова кружится, но ощущение стальной хватки на ладони не даёт ужасу взять своё. Нерешительно шагаю по краю, как по бордюру, а Артём идёт рядом и контролирует каждый мой шаг.

Дух захватывает, каждое движение — преодоление себя. Тёма прав, в момент, когда всё-таки делаешь шаг над пропастью, становится нереально хорошо.

Улыбаюсь. Дыхание учащается. А внутри эйфория. Проходим от края до края. Артём помогает развернуться, придерживая за талию, и идём в обратном направлении.

Постепенно опасность перестаёт казаться такой опасной, эйфория проходит.

— Всё, отпустило? — Тёма смотрит внимательно.

Киваю.

— А можно я сама пройдусь, без руки? — приходит идея.

— Только попробуй — сниму ремень и отлуплю по жопе, — от отсутствия эмоций угроза становится ещё обиднее и весомей.

— Какой ты невыносимый! — ругаюсь в пустое, безэмоциональное лицо.

— Придётся потерпеть. Я предупредил. — Соболиные брови чуть сходятся к переносице, выражая недовольство. — Всё, что опасно, только со мной за руку. Поняла? Могу доходчивее объяснить.

Хмурюсь.

— Обидно, — объясняю вслух. — Просто предложила, а ты ругаешь.

— Ругал я Белкину. Тебя предупредил.

Отводит подальше и становится на край сам. Раскидывает руки, приподнимает одну ногу и так замирает.

Вскрик тает на губах, потому что боюсь спугнуть. Сейчас же одно лишнее движение и…

Артём заносит ногу над краем, балансирует. Наклоняется то назад, то вперёд.

Это же ненормально! Не должен человек так пренебрежительно относиться к своей жизни!

— Тёма, — зову шёпотом.

— Что? — оборачивается как ни в чём не бывало.

— Отойди, пожалуйста, мне страшно.

— Нашла за кого переживать, — едва заметное фырканье.

— Ты в цирковом, что ли, учился? — пытаюсь понять. — Откуда у тебя такое чувство баланса?

— В цирковом? — уголок губ приподнимается в усмешке. — Можно и так сказать.

Снова ходит и едва не обнюхивает крышу.

— Вот маньяк твой мог быть и из циркового, — произносит и записывает голосовое сообщение своим. — Ну не могу я объяснить, как он залез. Соседей, из чьих квартир можно залезть, Жека опросил ещё вчера, они были дома и ничего не заметили той ночью. С крыши… Да даже я бы не залез с этой крыши. Трос прицепить негде. Ну не человек же паук он!

— Артём! — пугаюсь. — А может, он… Ну, со сверхспособностями?

— Ага, — отвечает Тёма на полном серьёзе. — Криптонита объелся. Или родом из Чернобыля.

— А так может быть? — воображение рисует картинки страшного человека, который ходит по стенам и летает, как птица.

— Юльчонок, — Тёма смотрит пристально, — вот ты когда умная, а когда как дурочка рассуждаешь.

— Юльчонок? — пытаюсь понять.

— А до Юли не доросла с такими рассуждениями, — как диагноз. — Ну какие сверхспособности? Мозги есть, придумал то, что мы пока понять не можем. Ничего, поймаем.

— А если… — снова вылезают страхи. — Ну, мы до Машиных родов не успеем?

— Не успеем и не успеем, — Артём усаживается на самом краю крыши, свесив ноги вниз. — И без неё поймаем. Дело принципа уже. Умный гад. Будем смотреть, кто умнее. Иди ко мне.