Книга Он социопат. Только бы не влюбиться..., страница 11 – Татьяна Карсакова

— Всё хорошо, — на губах Юли слабая улыбка. — Я не злюсь.

— Нельзя верить чужим, — продолжаю воспитывать. — Вы не знаете, что у них на уме. Вас обмануть легко. Потому что вы подростки и думаете, что самые умные. Не проверяете информацию…

— Кто бы говорил? — хмыкает Женя. — Давай я Юлю домой отведу, а то ты долго воспитываешь.

— Нет, — внутри протест. — Сам отведу.

Цепляется в меня. Висит у меня на руке. Сам и отведу. Новая эмоция. Не понимаю её.

— Почему? — друг приподнимает бровь. Удивлён.

— Потому что ты хлюпик, а ей страшно. Нападёт маньяк, что делать будешь?

— Тебя звать, — отвечает Женя заученно.

Это я выдрессировал. Женя не воин. Уже влипал пару раз, когда сам разбираться пытался. Теперь в любой непонятной ситуации — звать меня. Больше в больнице с ложки кормить не хочу. Пусть они меня кормят.

— Пока позовёшь, пока приду, Юля испугаться успеет, — стараюсь объяснить свой порыв. — Всё, забирай мелких, мы домой.

Пытаюсь утянуть Юлю, но она протестует.

— Давай постоим ещё немножко, — смотрит снизу вверх.

— Давай постоим, — достаю сигареты и дотягиваюсь, чтобы открыть форточку. — Сигаретный дым переносишь?

Кивает.

Соображаю. Стоять в подъезде ненормально. А чего стоим?

— Объясни, — прошу. — Почему домой не идём.

— Мне надо морально настроиться, — объясняет Юля. — Дома страшно. Там был маньяк. Мне там плохо.

— Ясно, — киваю. — Сейчас пойдём искать маньяка у тебя дома.

Хихикает. Опять нервное или поняла шутку? А можно меня починить, пока её нянчу, а потом обратно сломать? Ну напрягает же, что её не понимаю.

— Как ты меня терпишь? — Юля поднимает глаза. Так и стоит, вцепившись в толстовку. Так, ну это явно про доверие. Или туплю. Хочу сам разобраться.

— Не напрягаешь, — успокаиваю. Реально же, не напрягает. Она. А ситуация — очень.

— Меня не боишься?

— Нет, — качает головой.

— Напрягаю? — уточняю.

Молчит.

— Говори честно. Глупо молчать. Если скажешь, придумаем, как сделать лучше. Если промолчишь — будет как снежный ком. Лучше сразу и прямо. Я тупой, не понимаю эмоций.

— Ты не тупой, — слишком много непонятных эмоций в голосе. — Ты хороший. Просто… Мне страшно от всего. Я выгляжу глупо.

— Нормально выглядишь, — успокаиваю. — Умнее многих. Глупо ничего не бояться. Бояться нормально.

— Я веду себя как истеричка.

— Эмоции — это нормально, — пытаюсь успокоить. — Ненормально, когда их нет. Я напрягаю?

— Чуть-чуть, — признаётся и прячет лицо у меня на груди. — Потому что не знаю, как с тобой себя вести.

— Спроси — отвечу.

— Это странно, — смеётся. — Спрашивать у человека, как себя с ним вести.

— Это нормально, — выкидываю бычок в окно и с запозданием вспоминаю, что так делать нельзя. — Если что-то непонятно, надо спросить. Так легче. Пойдём, — тащу к квартирам. — Квартиру показывай.

— Возможно, я буду пищать, — предупреждает Юля. — И кричать. И плакать. Умом понимаю, что там никого нет, но страшно.

— Спасибо, — киваю. — А что мне делать, когда ты так делаешь? Как успокоить?

— Да не обращай внимание, — голос… Без эмоций. Плохо. Что-то сжимается внутри. Это беспомощность.

Что делать? Не знаю. Чувствую себя тупым и ущербным. Помочь надо, как — не знаю.

— Люди, которые не обращают внимание на твои эмоции, — мудаки, — учу, как ребёнка. — Я не мудак. Как успокаивать? Подсказывай. Сам не соображу.