Книга Лисий Омут, страница 76 – Елена Леонова

Саблин сидел в приёмной зале, погружённый в раздумья. В голове прокручивались обрывки разговоров с присутствующими в доме, отдельные слова и фразы. Он вспоминал, кто где спал, нарисовал план комнат, отмечая расположение спящих, восстанавливал в памяти время и последовательность, когда каждый из них выходил на крыльцо, обдумывал все детали, которые могли помочь воссоздать картину ночи смерти Арсения Кузнецова. Его взгляд скользил по планам помещений усадьбы и чертежам – как новым, сделанным архитектором, так и старым. Он внимательно снова и снова изучал общий план, поэтажный и каждой комнаты, пока вдруг не заметил нечто, ускользнувшее от него прежде, невзирая на многократные просмотры. Саблин нахмурился.

— Интересно…

Максимова, сидевшая рядом и уткнувшаяся в документы по бюджету проекта реставрации, подняла голову.

— Что именно?

— Все страницы поэтажного плана усадьбы пронумерованы, но не хватает листов с номерами пять и девять.

Дина встала, подошла к следователю и взглянула на чертежи. Действительно, двух страниц не хватало.

В этот момент в комнату вошёл Жуков с сумкой в руках.

— Вот, вещи Кузнецова, – сказал он, передавая ношу Максимовой.

— Игорь, задержитесь на секунду, – попросил Саблин. – Как думаете, почему здесь нет двух страниц? – он показал Жукову стопку чертежей формата А1 с поэтажными планами помещений усадьбы.

Игорь приблизился, начав листать и просматривать схемы. На его лице появилось удивление.

— Не понимаю, почему так. Все страницы находились на месте. Я видел план пару дней назад, когда Кузнецов над ним работал.

— Получается, кто-то забрал часть чертежей? – предположил Саблин.

Жуков замолчал, потом ответил:

— Кому это надо?

— А что было на тех схемах? – спросила Дина.

Жуков ещё раз внимательно всмотрелся в документы.

— На пятом листе план первого этажа восточного крыла, а на девятом – западного и оранжереи.

Саблин взял в руки другие чертежи, на которых каждая комната была отображена отдельно.

— Могло быть что-то на пропавших страницах, чего нет на других чертежах?

— Затрудняюсь сказать, я ведь не архитектор, – замялся Жуков. – Там просто зафиксировано расположение всех комнат, как они примыкают друг к другу, толщина перекрытий, двери и окна. Да то же самое, как на общем и покомнатном плане, только в другом масштабе.

— А где лежали чертежи всё время? Здесь, на столе? – уточнил Саблин.

— Да, – подтвердил Жуков. – Последний раз я их показывал вашему коллеге, капитану Карлову.

— Тогда страницы были на месте?

— Я не обратил внимания.

— Ясно, спасибо, – сказал Саблин. Жуков, постояв секунду в замешательстве, ушёл.

— М-да, ещё одна странность, – прокомментировала Дина. – Кому понадобились чертежи?

Саблин молчал, погружённый в свои мысли. Максимова тем временем принялась разбирать вещи архитектора, выкладывая их на стол.

— Всё-таки с этим домом что-то не так, и Кузнецов, видимо, это заметил, – произнёс Саблин, вытаскивая из пачки сигарету.

— Но мы же решили: его убили ненамеренно. Или вы теперь думаете иначе? – Дина рассматривала личные документы Кузнецова, затем достала кошелёк, наушники, какие-то лекарства, пару чистых футболок и носков, аккуратно сложенные брюки и рубашку, зубную щётку в пластиковом пакете, расчёску.