Книга Клювы, страница 44 – Максим Кабир

Вот и первая свастика на истлевшем знамени в офицерской каюте. Фаянсовая чашка с имперским орлом, ее Сергей сунул в мешок на поясе.

Дальше снова пустые закоулки. Определенно здесь побывали до него.

За переборками грохнуло. Он повертелся, озираясь. Пузырьки разбивались об искривленный потолок.

Под распотрошенной палубой виднелся рукотворный устланный песком грот. Луч пошарил по его чреву. Вычленил нагромождение ящиков. Хищные силуэты снарядов. Обвитый алым флагом ствол пушки. Массивный компас, судовой колокол, штурвал, коробки с бутылками шнапса. Точно кто-то стаскивал туда все, что было на буксире.

Пульс участился. Сзади задребезжали мостики. Сергей обернулся. Тьма отпрянула, лишь покачивались плавно водоросли на люке. Показалось, что чья-то длинная тень втянулась за угол.

«Странно, не так ли? — шепнул голос разума. — Странно, что корабль, хоронившийся от специалистов столько лет, запросто впустил в себя заезжего гастролера».

«Ловушка…» — прошептал другой, потаенный голос.

Отгоняя тревогу и внезапно нахлынувшее чувство одиночества, парень попятился от трюма. Достаточно на сегодня, а завтра он возвратится и запасется сувенирами.

Всерьез опасаясь последствий своей задержки внизу, он заторопился к трапу. Очутился уровнем выше, поискал взором выход. Корабль хрипел разболтанными суставами. За оконцем маски плясали илистые нити. Вода желтела. В конце коридора стояли люди.

«Так вот оно какое, глубинное опьянение», — подумал Сергей хмуро.

И начал яростно отгребать к скважине меж арочными сводами. Оглянулся, желая удостовериться, что мираж исчез.

Луч уперся в оскаленный череп. В оскаленные черепа.

Трупы. Не меньше дюжины. Мертвый экипаж в лохмотьях.

Сергей успел подобрать объяснение: тела забило течением в коридорную кишку. В этот момент стоявший впереди моряк поднял голову и посмотрел прямо на аквалангиста.

Его лицо, голый череп в трепыхающихся волокнах мышц, плотоядно ухмыльнулось. Отворилась челюсть. Темные глазницы замерцали двумя огоньками. Такие же красные точки парами зажглись рядом.

И мертвецы побрели по палубе, неуклюже, как водолазы позапрошлого века. Клочья плоти и лоскуты военной формы волочились за ними. Скрюченные пальцы нацелились на Сергея.

Парень прикусил мундштук. Вдохнул судорожно, и его увлекло к потолку. Спина выгнулась дугой. Аппарат стукнулся о металл. Барахтаясь, Сергей устремился вверх, а мертвецы поползли за ним в облачке гнилостной органики.

Омары разбегались из клюзов, стены норовили полоснуть раковинами.

Сергей убеждал себя, что жуткий экипаж толкают водные массы. Что нужно остановиться и перестать паниковать, и скелеты спланируют в свою могилу.

Они всплыли, цепляясь за края прорехи. Он почти слышал, как клацают зубы. Мертвецы карабкались из шахты, и глаза их алчно сияли.

Сергей метался по кубрику. В затылке болезненно ныло. Давило на барабанные перепонки. Гудело в евстахиевых трубах.

Он помнил из фильмов Кусто, что рыбы и морские звезды съедают утопленников, а остальное быстро подтачивает вода. Но чудовища маячили в десяти метрах от него: крепкие кости в тряпье измочаленного мяса. Жгучая ненависть на уродливых физиономиях.

Маневрируя, Сергей кинулся к дыре в корпусе судна. За ней простирался донный ландшафт. Мелькнул косяк рыбок с яркими плавниками.