Книга Функция: вы, страница 94 – Юлия Домна

— Малой, – кивнул Влад, и я поспешно встал с кровати. – Снежка. – Ариадна держалась поодаль, у окна. – Позвольте представить: Эдлена Скрижальских. Директор по корпоративным и правовым отношениям научно-технологической компании «Палладиум Эс-Эйт».

Рядом с ним стояла высокая женщина в жемчужно-сером пальто, рукава которого с локтя переходили в широкую мантию. У нее было короткое платиновое каре, залаченное до свойств мрамора, и обостренный неудовольствием взгляд. Он проходил сквозь предметы, как лезвие, – холодный, металлический, ощутимо физический, – но особенно тяжелел, соскальзывая в пусто́ты между ними. Для энтропов Эс-Эйта пустот не существовало.

Взгляд-лезвие остановился у изголовья не-моей кровати.

— Еще и пассионария? – расслышал я.

Улыбаясь, симбионт пояснил нам:

— Мы так между собой называем моих клиентов.

— Мы так много кого называем, – уже громче сказала Эдлена Скрижальских, и голос ее оказался низким, с твердым резким выговором. – Ровно как господин Дедал.

Пройдя мимо, почти сквозь меня, она села рядом с Шарлоттой. Я опустился на свою кровать, не сводя с энтропа взгляда. Если бы я не знал, как рассчитывались и собирались модусы, – если бы я вообще ничего не знал о природе этих двоих, – то подумал бы, что они с Владом приходятся друг другу дальними родственниками. В них обоих угасало что-то общее из прошлого века.

— Ты почти убил ее, – поморщилась Эдлена Скрижальских, коснувшись лба Шарлотты.

— Да, – безмятежно откликнулся Влад. – Чуток просчитался.

— Не рисуйся. Ты вообще не считал.

Энтроп стянула перчатки и сложила на коленях. Я заметил темно-красные, как гранатовые зернышки, ногти и три тонких цепочки с одинаковыми циферблатами. Следом за перчатками на колени лег продолговатый, вытянутый из внутреннего кармана пальто футляр – будто бы для очков, с замком в виде кнопки.

— Следующую партию выдадут только в феврале. Если продолжишь в том же темпе, последнего укола не хватит…

— Хватит, – не переставал улыбаться симбионт. – Когда все закончится, я буду самой тихой чумной мышкой в городе, обещаю.

В футляре лежал шприц. У него был стеклянный корпус, спусковой крючок и заполненная темной жидкостью капсула. Это все, что я успел разглядеть, прежде чем энтроп отвернулась и откинула покрывало. Я услышал шорох, за ним щелчок. На простыне вздрогнуло тело.

— Это дезатрамицин? – спросил я.

Энтроп молча вернула в футляр пустой шприц. Влад хмыкнул.

— Дезатрамицин – популизм, малой. Настоящее лекарство никогда не окажется на рынке. То, что лечит людей, убивает нас, а значит, речь о биологическом оружии. Потому-то мой достопочтенный ментор и почтил нас своим высокобюджетным присутствием. Несмотря на то, что Эдлена априори получает лекарство по мою дрезденско-чумную душу, я все равно должен унизительно клянчить каждый шприц, а она – топать в недры Эс-Эйта, за десяток защищенных дверей, куда проходку бдит лично госпожа-великая. А ведь всего парочку таких шприцев, да в знающие руки…

— Влад, – отдернула его энтроп. – Я запрещаю тебе говорить об этом.

Я так и не понял, подчинился ли Влад или успел сказать то, что хотел. Он только добавил:

— Вашего главного будут лечить тем же.

И замолчал.

Шарлотта тихо, сонно вздохнула. Энтроп укрыла ее и, подобрав перчатки, поднялась.