Онлайн книга «Будь моей сестрой»
|
— Я сначала подумал, что городская свалка коптит, – сказал идущий рядом Юра. — Там… – начал Сергей, но Юра перебил: — Ага, спасать уже некого. В последнюю очередь будут разгребать. Все это Сергей знал сам. Вспомнил бы, не клубись в голове плотный туман. — Нефтяников, шестой дом, – сказал он, оглядывая преисподнюю, из которой еще можно было кого-то вытащить, отряхнуть, отогреть, спасти. – Не знаешь где? — Нефтяников? А разве не Техников нужна? — Нефтяников, – твердо сказал Сергей. Юра нахмурился: — Лыков выведет. Держимся за нашими. Сергей отстал и свернул. Надо спросить у местных, выживших. На верхнюю часть завала дергано взбирался гусеничный трактор, но водителю уже кричали, сгоняли вниз: куда! обрушишь! назад! — Еще раз… А ну, взяли! Спасатели переваливали армированную глыбу. Бетон крошился и сыпался, как песок. Потные, пыльные люди в робах без устали поднимали, выворачивали, дробили. Стучали лопаты, кирки и ломы, скрипели о ломкие края. Те, кому не досталось инструментов, в основном гражданские, вызвавшиеся помочь, разбрасывали обломки и вещи руками, выцарапывали засыпанных нефтегорцев окровавленными пальцами. — Есть! – крикнули из-за огрызка стены. – Расширяй! — Живые? — Да! Спасатели вытащили старуху; бледная, сухая, с мокрыми седыми волосами, она походила на сумасшедшую. Следом подняли мужчину без сознания. За ним – стонущую девочку в окровавленной пижаме. Трое живых – чудо. Тани и Женьки среди спасенных не было. Кто-то дернул Сергея за рукав. Женщина в синем платке протянула ему мятую фотокарточку со снимком детсадовской детворы. Пыталась что-то сказать, но лишь захлебывалась слезами и тыкала обломанным ногтем в фигурку светловолосой девочки. Сергей покачал головой. — Улица Нефтяников? Где искать? Женщина не ответила: держа фотографию перед собой, пошла прочь к группе хмурых, молча стоящих полукругом спасателей. Положение погребенных заживо было ужасным, невыносимым. С каждым часом становилось все трудней дышать спертым воздухом, в изнурительной борьбе за жизнь истекали последние силы. Сломленные, обезвоженные, раненые… «Они живы, – уверил себя Сергей. – Живы… Я их найду». Ночной холод давно сменила пыльная духота дня. На такой жаре мертвецы быстро «потекут», Сергей уже чувствовал запах, который станет только хуже, к нему невозможно привыкнуть. Потребуются маски и перчатки, много масок и перчаток. И канистры дезинфицирующего раствора. В горле стоял ком. Во рту давно пересохло. Он брел наугад, тяжело переставляя ноги. Люди на кучах тряпья и вещей напоминали пыльные комья с застывшими лицами. Горе и страдание оглушили, загнали на глубину все чувства, даже радость спасения. Один мужик молча передал другому бутылку водки. Долбили перфораторы. Выли циркулярки. Там, куда не могли добраться краны, железобетонные перекрытия поднимали связанными брючными ремнями. Вскрывали зыбкие полости. Вытаскивали на свет безжизненные тела. Среди нагромождения бетона и арматуры шли, обнявшись, двое. На завалах застыли потеки черной рубероидной крови. Сергей отупело засмотрелся на уцелевшую лампочку, болтающуюся на проводе под косо стоящей плитой перекрытия. — Дядь… как вас зовут? Сергей глянул вниз. Его изучали большие карие глаза на чумазом личике. На голову мальчика была накинута огромная куртка спасателя, и он выглядывал из нее, как из укрытия. |