Книга Узник клятвы. Шрамы, страница 64 – Наталия Иноземцева

Насколько он знал, паладинам за всю историю удалось ее добыть только раз. Для этого нужно было убить чудовище, сохранив его тушу целой. Рахо обычно ранили и сжигали на расстоянии.

— Вчера эти негодяи объявили, что кровь нужна, чтобы спасти кого-то из семьи герцога. Поговаривают, принца. А сегодня вот уже передумали. Не знаю, что там у них происходит, но бедным людям и священным землям это не поможет. Благо теперь в Вионе появился истинный спаситель.

Гроу посмотрел поверх макушки Нидары. Ансел еще жив? Сердце забилось быстрее. Может, целители его вылечили? Хоть бы это было так. Он собрался. Женщина явно готова была услужить, и более надежных помощников не предвиделось. Он уточнил:

— Вы живете в городе?

— Да, сир, с самого рождения.

— Хорошо… знаете леди Исвену? Девушку с темными глазами и волосами, лет восемнадцати или двадцати, – он сдержанно добавил: – Она красива.

— Леди Олед? – глаза собеседницы округлились еще больше. – Спаситель, это ведьма.

Леди Олед. Фамилия была на слуху, Гроу вспомнил зажиточного графа Бирота, отличавшегося омерзительным характером и не разделявшего взгляды и вкусы отца. Гроу знал, что у него много детей, но не виделся с ними, так как Бирот держал свою несчастную семью взаперти, в собственном поместье, похожем на замок, и не выводил на публику. Если Исвена – его дочь, понятно, откуда у нее такой скверный характер. Но непонятна реакция женщины. Ведьма… Это прямое указание или неудачное сравнение? Он продолжил:

— Девушка живет в городе?

— Нет, в замке. Ох, такое событие, такое счастье, я все-таки должна… – Нидара снова подобрала юбки.

— Я не божок элраятов. Не надо коленопреклонений, – Гроу пресек ее порыв. – Лучше скажите, леди служит в замке или чья-то жена?

— Она фрейлина герцогини. Взрослая, а еще в девках. Но я больше знаю. Бесовка травы собирает на болотах и герцога опаивает любовными зельями. Опасная она, вот как.

Гроу не хотелось верить в сплетни. Сама мысль, что Исвена – любовница Пайрона, вызвала волну отвращения. Он почесал бровь.

— Зелья – это скверно. Вы говорили, что готовы услужить мне и таких здесь много. Есть люди из Совета?

— К сожалению, нет. Извините. Бароны и герцоги, как ослы, глухи и слепы к истине. Но теперь вы откроете им глаза.

— Не сомневайтесь, – Гроу потянулся к мошне и вытащил медную монету. – Сможете устроить встречу с Исвеной в городе? На рассвете. – Он вспомнил фонтан в форме каменного мака на окраине города, где прохладным утром обычно не было людей.

Женщина медленно кивнула и, получив монету, прижала ее к груди, как священную реликвию:

— Хорошо, но я должна предупредить: леди Олед дремучая, как и вся знать Виона… Она не верила в ваш приход. Не верит в предзнаменования. Может, ее вывезти из замка с телегами мусора…

— Это лишнее, леди придет сама. – Гроу достал рукописи и высвободил лист с рисунком призрачного светила в кругу молний. – Отдайте ей это и скажите, что я сохранил бумаги, – вспомнив об уродливом коне, он добавил: – А взамен прошу вернуть мою вещь. Эта девушка важна, запомните.

— Конечно. Я поняла. – Сложив рисунок, женщина засунула его в то пикантное место, где элраятские рабыни носили платки с душистыми маслами. Она поправила верхнюю шнуровку потертого корсета и склонилась в благоговении: