Онлайн книга «Узник клятвы. Шрамы»
|
— Граф Гроутон из Лирона, – зашептал Наэль, – я ничего больше не знаю, правда. А если отпустите, сочиню вам что-нибудь. — Какой же ты милый. Мне никогда не сочиняли стихов. А что за вопрос у вас ко мне был? — Вопрос, какой? – Он глотнул воздуха. – Ах… простите, уже не помню… Митара отцепила брошку и поддела алмазы на ней острием клинка. По лезвию потекла прозрачная жидкость. — Как печально, что большую часть жизни люди тратят на ложь. Гроу уловил жест хранительницы, она перехватила клинок, словно готовясь нанести удар. — Эй… Митара! Хранительница полоснула кинжалом по задранной руке Наэля и зажала ему рот: — Прости, милый, у меня очень мало времени. Этот яд забирает силы медленно и безболезненно. Ты верный, но слаб духом, для таких за последним вздохом ничего нет. Жаль, что ты служил не мне, многому бы научился. Кровь стремительно расползлась по пышному рукаву рубашки. Наэль застонал, на лице и шее проступили синие вены. Хранительница развернулась к Исвене. Та неподвижно висела на цепях, за длинными волосами не было видно лица. — А эта девчонка очень дорожит вами, Гроутон. Я чувствую, что и вы к ней неравнодушны. Но… скоро вы осознаете, что достойны лучшего, – она вцепилась в локоны пленницы. – Поверьте, вы не захотите ее вернуть. — Стой! – Гроу выгнул спину и до боли напряг руки, пытаясь оторвать цепи от стены. Из груди вызвался рев. Ему померещилось, что от раскатистого крика дрогнули стены. Он увидел перед собой не раненого друга и женщин, а тварей, похожих на кабанов и волков одновременно. Зверюга, отдаленно напоминающая хранительницу, завизжала и прижалась к стене рядом с Исвеной. Глаза Гроу застили кровавые пятна и серый дым. Руки опустились, с них слетели кандалы. Он бросился на обидчицу, выбил клинок и вцепился в покрытое шерстью и проплешинами горло. — Зверь… ты? – прохрипела тварь, вцепившись кривыми лапами с черными ногтями в его руку. В вытаращенных черных глазах он увидел свое искаженное гневом лицо. Лицо обычного человека. Но, кажется, для окружающих в порыве гнева он и вправду становился чудовищем. Он не планировал говорить с тварью, но услышал голос Зверя, тот захватил его тело и обратился к Митаре: — Вы хотите власти, но за гордыню получите смерть. Вы погубите тех, кого обращали в рабство и кого хотели возвысить. Тварь оскалилась и прохрипела: — Скоро мы встретимся, и ты, Зверь, будешь стоять на коленях и служить мне троном. Ни летери! Гнев Зверя стал созвучен чувствам Гроу. Кулак сжался, и шея твари, слишком хрупкая для обычного рахо, звонко хрустнула. Он снова увидел перед собой хранительницу. Ее голова запрокинулась назад, тело со шлепком упало на каменный пол. Гроу бросился к Наэлю. Его оковы покрывала ржавчина, они легко рассыпались. Положив друга на пол, онстал трясти его за плечи: — Наэль! Наэль, слышишь? Наэль приоткрыл глаза, расширившиеся зрачки скрыли радужку. Губы задрожали. — Прости шута… Энж… стихи… — Что? – Гроу оторвал рукав от его рубашки и перетянул рану. — Стихи мои, поэмы, там… под рыбой… сожги их… — К бесам стихи! – Голос предательски задрожал, как у подростка. Кто угодно мог умереть от клинка и яда, только не этот балагур. Такие расстаются с жизнью мирно и по обоюдному согласию. Разве нет? Он вскочил на ноги и подошел к Исвене. Ее оковы тоже покрывала ржавчина, путы рассыпались, как только Гроу попытался высвободить запястья девушки и разжать кандалы. |