Онлайн книга «Узник клятвы. Шрамы»
|
Гроу с трудом переварил слова рыцаря. Орден паладинов распустили… Да кому вы теперь нужны? У Виона новые герои. Захотелось ответить: «А я выдыхаю яд, как рахо, и мысленно общаюсь с королем тварей. Как тебе такое дерьмо?» Зверь сразу откликнулся: «Вы умрете с первыми лучами восходящих светил». Гроу оскалился и закрыл уши руками. Наэль оттолкнул рыцаря: — Гроутон, эй! Посмотри на меня. Идем, хранительница в библиотеке. Придворные не соврали. Митара проводила досуг в уютной читальне. Вход охраняли Белые рыцари. Они по-военному отсалютовали Гроу, всем видом показывая расположение. Хранительница позволила впустить неожиданных гостей. Она сидела на мягком диванчике в обществе Исвены и прислужницы из храма. Последней было за сорок, и выглядела она не просвещеннее обычной служанки. В большой клетке около окна щебетали, перебивая друг друга, канарейки. Комнату переполняли сладкие ароматы меда и душистых трав, женщины пили какой-то отвар. Исвена держала на коленях увесистый том с древним эпосом Виона, книга была раскрыта на изображении дуба с десятью разноцветными корнями, символизировавшими древнейшие роды́. Из-под тяжелого переплета выглядывали растрепанные листы, исписанные рунами. Гроу узнал рукопись, ему довелось с ней путешествовать. Эти письмена в итоге позволили Исвене вызвать рахо на болоте. Похоже, сейчас женщины занимались не историей Домерона, а изучением магии. Ладно Исвена, но почему ересью заинтересовалась хранительница? Гроу и Наэль вразнобой поклонились дамам. Карие глаза Исвены лучились покоем. Она приоткрыла рот, всем видом показывая, что хочет что-то сказать, но только улыбнулась. Наэль заговорил первым: — Чудесного дня. Простите за беспокойство. У нас с товарищем возник сложный теологический вопрос. – Он взглянул на увесистый том в руках Исвены и приподнял руку с отведенным мизинец. – О дамы, как же вам идут древние книги! Только осторожнее, в конце эпоса герой умрет. Хранительница улыбнулась, царапины почти сошли с миловидного лица, и стали едва различимы. Грудь, обтянутая бирюзовым корсетом, приподнялась, сверкнула брошь, говорящая о священном долге: — Во всех древних историях герой познает истину, а после умирает. — Хм… верно, – согласился Наэль. Все почему-то посмотрели на Гроу. Друг детства изящным движением поправил манжет, хотя в этом не было нужды. — Древнейшие ленились думать. Закончить историю смертью героя проще, чем придумать для него счастливый исход. — Смерть ясна всем, а счастье непостижимо. – Митара жестом указала на столик с кувшином и вытянутыми кубками. – Присоединяйтесь. Наэль покачал головой: — Простите, просветленная, мы хотели переговорить с вами наедине. — Конечно, но чуть позже. – Хранительница поднялась и взяла правую руку Наэля в ладони. Прикрыв глаза, она огладила длинные пальцы. Друг детства залился краской, а Гроу, не в силах настаивать на чем-либо, глотнул сладкой настойки и упал на соседний диванчик. В обществе приветливых дам ему стало немного спокойнее. Митара сжала кисть Наэля и медленно заговорила. — Чувствую в вас, граф, силу небесных хранителей. — Небесных? — Ваше сердце играет музыку Верхнего мира, вы щедро одарены Неем. Пишете стихи? — Э-э-э… нет. — Пишите и сыщете славу. – Она всмотрелась в лицо Наэля и приподняла светлые брови: – А ваши глаза… |