Книга Переломный момент, страница 45 – Билл Болдуин

— В-вероятно, верное предположение, — пробормотал Брим, совершенно теряясь перед этой не по годам рассудительной четырехлеткой.

— Ч-что бы там ни говорила няня Тутти, — замялся Онрад.

— Раз так, — продолжала Хоуп, поворачиваясь к Бриму так, словно знала его много лет, — то ты, скорее всего, и есть мой настоящий папа.

— Ч-что? — запнулся Брим.

— О, всё в порядке, — сказала Хоуп с легкой улыбкой. — Мы можем сделать это и нашим секретом тоже. Он ведь мой отец, правда? — спросила она Онрада. — Кто еще может быть настолько важным?

Совершенно ошарашенный, Брим взглянул на Онрада. Как он мог отказать этому чудесному ребенку? С другой стороны, как можно доверить четырехлетней девочке столь опасную тайну?

— А как же набоб Эйрен? — попытался он уйти от ответа.

— О, многие говорят мне, что набоб Эйрен — мой отец, — ответила Хоуп, — но я им не верю. — Она посмотрела на Онрада. — Ты никогда не говоришь о Мустафе Эйрене так, как о дяде Бриме. К тому же набоб Эйрен никогда не приходит меня навестить.

— Он никогда тебя не навещает? — спросил Брим прежде, чем успел прикусить язык.

Хоуп покачала головой:

— Няня Тутти иногда водит меня к нему, но он быстро начинает вести себя так, будто я ему надоела.

— Ну, я ведь тоже нечасто прихожу к тебе, — заметил Брим.

— Это правда, — согласилась Хоуп, — но ты присылаешь мне подарки отовсюду. И мне это очень нравится. Это почти как весточка от тебя. Это значит, что тебе не всё равно.

— Тебе нравится то, что я присылал? — спросил Брим. — Я никогда не был уверен...

— Мне нравится всё, что ты присылаешь, — ответила Хоуп, — но больше всего мне нравится сам факт. Я знаю, что ты думаешь обо мне.

— Что ж, это чистая правда, — заверил ее Брим. — Я действительно часто о тебе думаю.

— Значит, ты мой настоящий папа, верно?

Брим глубоко вздохнул, помедлил секунду, понимая, что следующие слова станут, пожалуй, самыми важными в его жизни. Но прежде чем он успел сказать «да», Онрад ответил за него.

— Да, Хоуп, — произнес он, глядя ей прямо в глаза. — Пришло время узнать правду. Дядя Брим — твой настоящий отец.

— Я так счастлива, — сказала она, протягивая руки, чтобы взять Брима за ладони. — У всех других девочек, с которыми я играю, есть настоящие папы. Хорошо, что и у меня теперь есть.

— Но ты не сможешь никому об этом рассказать, — предостерег ее Брим. — Тебе всё равно придется притворяться, что твой отец — Мустафа Эйрен.

— О, я справлюсь, — радостно пообещала Хоуп.

Онрад нахмурился и погладил бородку.

— Вообще-то, ты не должна этого делать, — сказал он. — Пора бы уже открыть правду.

— Но зачем, дядя Онрад? — спросила Хоуп. — Раз я и так знаю, кто мой папа, зачем нам расстраивать Мустафу Эйрена?

Онрад взглянул на Брима, затем на девочку.

— Да, полагаю, это его расстроит, — согласился он. — Пусть он и не навещает тебя, ты всё же много для него значишь.

— Тогда это будет наш секрет, — провозгласила Хоуп, поворачиваясь к Бриму. — И я буду называть тебя папой, только когда мы будем втроем. Правда, будет здорово?

Брим встретился взглядом с Онрадом и кивнул.

— Решать вам, ваше величество, — тихо сказал он.

Онрад перевел взгляд на Хоуп, склонившись к ней так близко, что их носы почти соприкоснулись.

— Это очень большая тайна, если мы решим ее хранить, маленькая принцесса, — произнес он. — Когда-нибудь этот секрет будет — должен быть — раскрыт. Но чем дольше мы его храним, тем меньше бед принесет правда в итоге. Ты понимаешь? Это очень важно.