Книга Приют повышенной волшебности, страница 108 – koteistka

— А тот единорог и странный зверь. Они рядом?

— Единорог постоянно в движении, он преодолевает десятки километров за миг. А второе существо — это мирфут. Он прячется в лесу за твоим забором. В пределах досягаемости. Но оно очень пугливо. И вроде как, не умеет говорить в привычном для людей понимании. Не словами. Не звуками. Иначе.

— Если я найду его и вылечу… я смогу вернуть силу для тех бедолаг из сообщений?

— Сможешь. Мирфуты сотканы из магии лунного света. Их благодарность способна зарядить твой резервуар на время. Но найти его будет непросто.

Рита поднялась с кресла, зашла в дом, насыпала в мисочку сушеного мяса и кусочки слабосоленой семги. Клеопатра, ворча под нос что-то про "несносных девчонок, лишающих богинь законного отдыха" последовала за ней в лес.

Сумерки наступали. Стволы сосен чернели, и разносили тот самый лесной аромат, который ни с чем ни спутать. Тишина была густой. Нарушаемой только хрустом веток под ногами и дыханием. Она искала долго, методично. Звала. Тихо. Ласково. Наконец, у поваленной старой ели Клеопатра замерла.

— Он там, — шепнула кошка.

Рита опустилась на колени перед зарослями малинника, поставила мисочку на траву:

— Кис кис кис, или как там тебя звать… Выходи, не бойся. Я принесла поесть.

Из-под листа папоротника показалась крошечная мордочка. У существа было четыре круглых, золотистых глаза. Два больших, два поменьше, над ними. Все — темные, влажные, отражающие свет. Длинное, гибкое тело, покрытое серебристо-серой шерсткой, опиралось на шесть лапок, а плоский пушистый хвост тихонько постукивал по хвое. На затылке у мирфута красовалось грязновато-серое пятно — след застарелого лишая или ожога.

Существо сделало несмелый шаг. Рита затаила дыхание, лихорадочно думая: "Давай, подойди ближе… Мне просто нужно коснуться тебя. Вылечить это пятно. И тогда у меня снова будет магия! Я смогу закрыть те три заявки…"

Мирфут резко замер. Все четыре его золотистых глаза испуганно расширились. Он издал тонкий свистящий звук, развернулся и мгновенно скрылся в густой чаще. Только ветки качнулись. Да запах остался. Странный. Сладковатый. Электрический.

Рита разочарованно опустила плечи.

— Почему он убежал?

— Ты явно думала о своей выгоде, — строго сказала кошка. — И шла сюда не для того, чтобы спасти его от боли. Ты шла сюда, чтобы использовать его как зарядку. Он это почувствовал. Мирфуты не лгут. И не терпят лжи в намерениях. Они уходят.

— Я… я не хотела… — голос дрогнул.

— Хотела, — Клеопатра не обвинила. Констатировала. — Это не преступление. Это человеческая природа. Ты устала. Ты пуста. Ты хочешь наполниться. Но магия не работает на сделках. Она работает на искренности. На отдаче. Без ожидания. Без расчета. Иначе она уходит. Или не приходит вовсе.

Рита сидела на сырой земле, чувствуя, как краснеют щеки от стыда. Клео была права. Она действительно отнеслась к этому чудесному зверьку как к батарейке. Сдавшись, она оставила миску и молча побрела к дому.

* * *

На участке у вольеров суетилась баба Зина.

Она вычищала опилки у Зевса, приговаривая:

— Ух ты ж мой золотой, ух ты ж мой разбойник… Ишь, как хвостиком-то машет, признал бабку Зину!

Увидев Риту, выходящую из леса в компании Клеопатры, соседка удивилась:

— Ритка, ты чего это в лесу забыла? Да еще и с кошкой гуляешь, как городская фифа! К выгулу приучаешь, что ли?