Книга Звезда Севера, страница 54 – Вероника Норт

— Скоро здесь будут разгуливать толпы гостей и армия слуг, – пояснил Дэин, ведя ее вдоль картин и статуй. – А у меня, как вы поняли, слабость к искусству, поэтому нужно пользоваться моментом.

Прогулявшись до середины галереи, они сели на скамейку напротив портрета короля. Его написала явно не Нэвия, как и все прочие здесь.

— Расскажите мне о ней, – попросила Эви.

— О ком? – встрепенулся Дэин. – О Нэвии?

— Да. Обычно вы рассказываете о целых родах и семьях, почему бы сегодня не поговорить о Нэвии.

Советник улыбнулся.

— Она прекрасная девушка, и я говорю это не только потому, что я ее отец.

Некоторое время он задумчиво смотрел на белую статую женщины, закутанной в длинные струящиеся одеяния.

— Вы знаете, что все знатные девочки должны отслужить положенный срок от семи до семнадцати лет в храме Матери?

— Мастер Лэндон что-то упоминал. Кажется, потом им предоставляется год, за который они должны решить, остаться в миру или уйти в храм до конца жизни.

— Да, он называется годом Выбора.

Эви считала довольно странным этот обычай отрывать девочек от семьи на такой срок, а затем выгонять их обратно в мир, чтобы они провели год среди родных, ставших за это время чужими, и решили, как жить дальше. Возможно, именно поэтому знатные мужчины Акроса заводят себе наложниц из низов, им просто не хватает женщин – осенило ее. Ведь часть девушек возвращается в храмы в качестве Дочерей. С другой стороны, у них хотя бы был выбор. Зная, какой патриархат царит в Эфрии, Эви, будь она на их месте, действительно бы крепко призадумалась, нужна ли ей такая жизнь и не лучше ли стать неприкосновенной жрицей, которую будут уважать.

— У Нэвии не было такого выбора, – продолжил Дэин, и на его лице появилась горькая гримаса. – Потому что ее просто не взяли в храм.

— Не взяли? – переспросила Эви. – Разве это не противоречит обычаю?

— Верховные Дочери сказали, что у нее другое предназначение. Но все понимали, что дело в ее увечье.

— Это несправедливо.

— Представьте себе, каково быть маленькой девочкой, когда вокруг нет ни одной знатной ровесницы, потому что все они несут свою службу в храмах Матери. Затем девушкой, на которую все смотрят, как на диковинку, а за спиной раздаются шепотки.

— Последнее мне уже знакомо, – вздохнула Эви.

Он понимающе улыбнулся и покачал головой.

— С одной стороны, вы правы. Но вы избранная Матерью. А Нэвия… Моя дочь чувствовала себя так, словно боги ее отвергли.

Эви не стала спорить, понимая, что советнику нужно выговориться.

— Были, конечно, и плюсы, – продолжал он. – Она нравилась королю и, как вы верно заметили, она моя дочь, поэтому ей разрешено было посещать замок в любое время, учиться и играть с принцем Элифом и его единокровным братом Эроном. Ни одна знатная девчонка не может похвастать таким детством. Так они и росли, втроем.

Советник улыбнулся, глядя куда-то в свои приятные воспоминания.

— Занятная была троица, я вам скажу. Принц, бастард и отверженная. Такое иногда вытворяли, и как только замок не разнесли.

Эви тоже невольно улыбнулась. Впервые она видела его таким – не старшим советником будущего короля, а просто любящим отцом, который радовался и немного грустил от того, что дети выросли.

— Простите, я утомил вас своей болтовней. Думаю, нам пора идти.