Книга Все дело в кузнеце, страница 63 – Кристина Шефер

— О! А так даже лучше, — похвалила сына нимфа. — Молодая нимфа средних лет. Низковата, но и ладно. Все, решено, — хлопнула она по столу. — Теперь забери ее и отведи в свой шатер. Будешь жить с Катариной. Нет. Теперь тебя будут звать Рина, — ткнула она в меня пальцем, оперевшись на стол. — Привыкай. Так вот. Будете жить вместе пока что. Ее надо искупать, переодеть в наше и накормить. Вперёд.

— Ну, мама! Я же мужчина! — возмутился Фантис.

— До мужчины ещё не дорос, — оборвала она его. — Но если справишься, я позволю тебе завести мика, — добавила она с загадочной улыбкой.

— Всё будет в лучшем виде! — подскочил паренек и вытолкал меня из шатра.

На улице было ещё холоднее и мокрее. Дождь разошёлся. Я поёжилась. По этому идти?..

— Дядя Титус, дайте плащ для моей девочки, — неожиданно попросил Фантис.

Титус молча снял плащ, передал парню, присвистнул, глянув на меня.

— Хорошая работа. Она теперь твоя забота?

— Да, — запыхтел мальчик, кутая меня в плащ. — Мама дала задание заботиться о ней.

— И чем подкупила в этот раз? — понимающе спросил сатир.

— Микой.

— Ооо! Расщедрилась. Ты давно выпрашивал.

— Да. Так что все будет в лучшем виде. Пойдем, Рина.

И мы вышли под дождь. Плащ оказался невероятным, пропитанный чем—то. Я украдкой принюхалась, пах какой-то маслянистой горьковатой травой. И совсем не пропускал ветер и воду. Так что, пока мы дошли, я даже немного согрелась.

— Добро пожаловать в мою скромную обитель, — произнес Фантис и открыл полог небольшого шатра.

Шатёр был тоже сплетён из всевозможных веточек и листочков, но если у главной нимфы он был украшен сложным и красивым орнаментом, то здесь всё было просто и без изысков.

Внутри тоже оказалось все просто. В углу красовался гамак со смятым одеялом из шкур и подушкой на полу. Заметив мой взгляд, паренек смутился и быстро побежал заправлять свое спальное место. А я скользнула взглядом дальше.

В центре шатра располагалось кострище, обложенное круглыми камнями. Сейчас оно было потухшим, а над ним на стойке висел закопчённый котелок. Рядом низкий столик с грязной посудой и недопитым чем-то в деревянной кружке. Рядом такая же низенькая скамеечка, но уже с меховой сидушкой.

Маленькое зеркало, похожее на цветок подсолнуха, росло прямо из одной из толстых веток жилища. В другом углу уютно устроился плетёный резной сундук. А чуть в стороне от остального, отгороженная плотной тканью, имелась умывальня, такая же природная, словно выросшая прямо из земли, как и зеркало.

Всё это освещали летающие стайкой светлячки. Светились они сильнее обычного, что наводило на мысль: сатирёнок над ними поработал. Ну не тащил же он их с собой прямо из леса?

— А где я буду спать? — спросила я.

— Погоди. Сейчас я все уберу. Спешил, вот и не успел, — суетился сатирик, собирая посуду и унося ее в мыльню.

— Давай лучше я посуду помою, а ты пока с кроватью мне разберёшься, — предложила я.

— А ты не против? — удивился парень. — Ты же из благородных.

— Благородная у меня была только матушка. Да и все детство я прожила хоть и в купеческом доме, но не у аристократов. Не сахарная, не растаю.

— Вот это здорово! А то я уж решил с тобой, как с яйцом носиться придется, — выдохнул с облегчением он.

— Хахах, — рассмеялась я. — Как же ты на такое согласился, с такой капризной гостьей носиться?