Книга Все дело в кузнеце, страница 40 – Кристина Шефер

— Простите, — искренне извинилась я и аккуратно все вернула в прежний вид.

— Да не переживайте юная леди, — отозвалась помощница повара. — Вы нам так помогаете своей магией изо дня в день на кухне и вообще, что экономите много времени. А то, что иногда все выходит из-под контроля, мы уже привыкли. Да, народ?

— Да! Не переживайте! — загалдели слуги. На что я растерянно улыбнулась и покраснела. Приятно, что они ценят и замечают мои потуги.

Дальше празднование проходило по предыдущему сценарию. Слуги через час быстро разошлись, и я остаток дня провела с родными. Показала им свою комнату, рассказала, как прошел год. Но вот что удивительно, даже не пришло в голову рассказать про случай с нимфой. А про эксперименты графа я не могла. Он заставил принести клятву мага о молчании.

Но этого и не потребовалось. Когда мы осмотрели мою комнату и устроились удобнее с пирожными и чаем, дедушка спросил:

— Внученька, ты не злись, но вид у тебя сегодня хоть и радостный, но какой-то очень уставший. Я бы даже сказал замученный. Бледненькая. У тебя все хорошо?

Ну вот. Что сказать?! Врать не хочется, а правду не смогу. Я в панике заметалась взглядом по комнате. Что же делать? Просто не ожидала, что они о чем-то догадаются.

Но отвечать не пришлось.

— Катарина, если говорить не можешь, так и не надо. Просто скажи да или нет, — догадалась бабушка. Она меня всегда чутко чувствовала. Я вздохнула, подсела к ней на диван и обняла, уткнувшись лицом в ее платье.

— Ты права, — все, что я смогла сказать. На такой короткий ответ, как «нет», горло перехватило, и я едва не начала задыхаться.

— Вот. Я догадывался, а ты верить не хотела, — выдал дедушка, сокрушаясь и поднимаясь с кресла.

— Я надеялась на лучшее, — возразила ему бабушка. И добавила уже мягче: — Признаю. Была не права.

— Внучка, это опасно для тебя? — спросил дедушка, присев около меня с бабушкой на одно колено.

— Не могу сказать.

— Значит есть опасность. Опасность чести или здоровью? — спросил дед, вглядываясь в мои глаза.

— Честь всегда со мной, — ответила я, давая понять, что дело в безопасности.

— Ясно, — ответил он и встал, подошёл к окну.

А я снова привалилась боком к бабушке. Так и лежала, пока она размеренно поглаживала меня по голове.

— Катарина, ты так выросла! — защебетала она, отвлекая меня.

Мы проговорили ещё долго, до самого вечера. Родные окольными путями пытались ещё что-то выспросить о моем состоянии, но толку особого не было.

Ужин в семейной столовой граф решил не собирать, и мы замечательно поужинали втроём в моей гостиной. Уехали они только тогда, когда уже совсем стемнело.

А через два дня Его светлость снова организовал ритуал.

До следующего дня рождения мама не дожила буквально три месяца. Умерла тихо. Просто не проснулась. К этому времени все ее золотистые волосы покрылись сединой, а кожа шелушилась.

Похоронили ее на городском кладбище, а не в фамильном склепе семьи графа. Но так-то это правильно. По крови мы им никто.

Пришли ее проводить все ее многочисленные подруги и даже пара поклонников не побоялись прийти.

А через день после похорон граф вызвал меня в кабинет и заставил подписать договор о найме меня как «научной помощницы». Вот смех-то! Так бы и написал «лабораторная крыса».

Тут я очень порадовалась тому уроку мадам Мариетты, ибо граф сходу попытался меня провести в нескольких местах. Пришлось ему указать на них. Он сперва сопротивлялся, но все же уступил, громко матерясь и поминая всех до пятого колена.