Онлайн книга «Алая сова Инсолье 2»
|
Кстати, теперь этот комочек света был не синий, а вполне себе привычно желтый. Оказывается, Паоло мог менять оттенок этих малышей. Синими он их делал для меня, так как, по мнению магов, это был самый «темный» цвет. Этакий ночник. Паоло… вот тут меня ожидал еще один сердечный приступ несоответствия магического и визуального образа. Никогда бы не подумала, что мой названый брат больше всего похож на… на Мальвину. Здоровенную Мальвину в доспехах. Плечи широченные, сам оглобля, а лицо словно из детской сказки про куклу с голубыми волосами. Нежное, чистое, с огромными глазами в длинных ресницах, аккуратным носом, пухлыми губами и острым подбородком. Как-то в моем внутреннем мультике это не так кукольно смотрелось… И волосы. То, что Паоло блондин, то есть имеет светлый оттенок волос, я считала еще нитями. Но вот то, что он блондин с голубым отливом, обнаружила только теперь. М-да. Слава богу, Инсолье сюрпризов в этом деле не преподнес. Ну, то есть как не преподнес. Я знала, что у меня красивый муж. Но не подозревала насколько! Жгучий брюнет со слегка звериными, желтыми глазами. А какие рожи он корчил — это же умереть не встать! Я-то считала, что мультики мне передают всю гамму его эмоций, наивная. И это все мое! Какое-то время я даже развлекалась, открывая и закрывая глаза, глядя на мужа то магией, то нормальным зрением. Сравнивала облики, сопоставляла эмоции и пыталась вспомнить, представить, как бы он выглядел «вживую» в тот или иной прожитый вместе момент. Вот, например, когда я в первый раз его… кхм… немножко съела. Представляла так живо, что Инсолье, поглядев на мою сосредоточенную физиономию, даже забеспокоился: — С тобой все хорошо? — Угу, — пробормотала я. — Слушай, а сними рубашку. — Что, опять?! — Ох, вот это эмоции! — Имран, тебе надо завязать глаза, — вмешался наш Мальвин, подходя вплотную с полоской красной ткани в руках. — Зачем? — Инсолье спросил раньше, чем я открыла рот. Муж косился на тряпку в руках паладина с такой ненавистью, будто это ему пришлось ходить с этой дрянью на лице несколько месяцев. — Мы почти добрались до выхода из пещеры. Сейчас там день. — А, — выдохнул некромант. — Ну тогда конечно. Как ты, Элле? Ты же понимаешь, да? Сразу яркий свет… — У него стало такое виноватое лицо, словно это он лично не вовремя зажег солнце в небе. — Все нормально! — Я забрала красный лоскут из рук брата и привычно повязала его вокруг глаз. Честно говоря, прикосновение ткани к коже вызвало волну ледяной дрожи вдоль позвоночника. Мне действительно на мгновение стало страшно, а потом просто дико неприятно. — Но вечером ты точно снимешь рубашку! — И рубашку, и штаны, и вообще все что хочешь снимет, — пообещал Паоло. Инсолье же только рот открыл, глядя на него выпученными глазами. Потом все же переварил мысль, пришел в себя и начал по своему обыкновению уютно ворчать: — Вот не зря говорили, что из праведников грешники получаются страшнее, чем из изначально темных существ. Не брат, а прямо сутенер какой-то. Ты еще за правильным соблюдением супружеского долга начни следить, надсмотрщик! — И прослежу. Имран пока рожать рано. Сначала надо хотя бы дом найти. Затем стабильную работу. Затем… — Заткнись! — рявкнули мы с мужем на удивление слаженным хором. И только потом посмотрели друг на друга слегка удивленно. А потом неожиданно начали ржать. Все втроем. |