Книга Алая сова Инсолье 2, страница 51 – Ирина Смирнова, Ива Лебедева

До этого все было словно бы в меру и как всегда. Даже в один момент я поняла, что мой муж там ржет неизвестно над чем. Но смех резко оборвался, по нервам плеснуло и обожгло чужой злостью.

Я даже сама себе не смогу точно объяснить, где взяла силы, чтобы не кинуться туда, не ввязаться в бой и не испортить все своим бестолковым присутствием. Зато напряглась и застыла в полной готовности: выдергивать со всей возможной скоростью, как только почую, что настал момент.

Пара минут или пара часов — не помню — прошла в напряженном ожидании. И вот лес вдалеке словно взорвался звуками и энергией, «ядерно-магический гриб» взметнулся выше самых высоких деревьев и вскипел в небе.

— Инсолье! — Я кричала и тянула изо всех сил, пытаясь продраться сквозь ставший ужасно густым и колючим кустарник. Хрюша подо мной яростно хрипел и упирался копытами в землю, чтобы создать точку опоры.

— Пятьде…кха-кха…сят! Кха-кха, шагов! — донеслось откуда-то из плотного дыма. — Погоди тянуть! Еще не зацепил!

— Что зацепил? — не поняла я, но тянуть действительно перестала. Если у некроманта есть силы на возмущение по поводу расстояния, то, возможно, все не так уж плохо.

— Балласт, шатт! — Кажется, я слышала его не ушами, а чем-то другим. Связью, душой? Непонятно. Да и не время сейчас выяснять столь незначительные подробности. — Пернатый! Кха!

А дальше он только ругался страшенными матами, орал, плевался. Ему вторил боевой кошачий вой и пронзительный визг неизвестного существа. И мне временами казалось, что враг больше пугается кошки, чем некроманта. Тем более что это подтверждали вдруг ставшие

торжествующе-одобрительными ругательства Инсолье.

— Неужели котенок в одиночку может сражаться с нежитью? — все-таки спросила я, когда Инсолье наконец появился в поле ощущений моих нитей, волоком таща за собой раздетого до подштанников Паоло. Я едва видела это контурным зрением, потому что здорово перенапряглась, но схватить суть смогла. Картина была презабавнейшая, несмотря на всю остальную ситуацию. Особый сюр ей придавал лежащий прямо на паладине и примотанный к нему темной нитью меч.

— Это не котенок, это демон какой-то, уф-ф-ф… Пушистая пакость забралась нежити в слепую точку и сейчас просто объезжает ее как норовистого коня. Кадавр пытался смахнуть ее конечностями, но попадал лишь по себе. А вообще в народе говорят, что русалки ненавидят и боятся кошек. Никто не проверял, но на пустом месте такие слухи не возникают. К тому же на держи-дерево твоя ручная тварь просто написала, представляешь? И оно от этого взорвалось! Русалка отделилась и давай скакать. И кот на ней.

— Нап… что сделала?!

— Это самое, ага. Ф-фуф, да что ж ты такой тяжелый даже без железа? Или голова впрямь целиком металлическая? Жопа, видимо, тоже? — с этими словами Инсолье сгрузил тело Паоло поперек спины нашего собственного кадавра. Теперь паладин был похож на похищенную невесту, перекинутую через седло кабана. Меч свалился рядом, и Инсолье, недолго думая, закинул железку поперек рыцаря и привязал веревкой из седельных сумок. Хмыкнул, поигрался с балансом и продемонстрировал мне получившуюся конструкцию, достойную кисти Босха. Такую же нереально-ненормальную.

— Двигаемся к последнему месту привала. Надо нашего собственного пернатого в чувство приводить. И одевать… вот шатт. Его доспехи тварь пожевала. Вместе со штанами. И сапогами. И… Шатт, это что, мне теперь идти на промысел, чтобы добыть этому лбу кожурки? Дожили.