Книга А единороги будут?, страница 385 – Ирина Смирнова

— И сколько у нас на это времени? — быстро принялась я уточнять подробности, пока мои мужчины пытались уложить в своих головах полученную информацию.

Да, временные слои, наложения реальностей, падающие метеориты. Это, наверное, довольно сложно для восприятия. Хотя такая наука, как астрономия, на Яхолии точно существует. Надеюсь, и на Истейлии не только религиозные песнопения разучивали.

— Мы хотим изъять мир полностью и наложить его на существующий в вашем временном слое с минимальными потерями. Так что, по оптимистичным подсчетам, у нас в запасе двенадцать часов. Как раз хватит, чтобы навестить короля Истейлии, а уж он сам позаботится о том, чтобы сообщить эту новость своим поданным.

— А как вы будете накладывать? Ну, людей — ладно, а горы на горы и леса на леса? А тут дроу есть? А эльфы? А гномы и демоны? Их же вы тоже перенесете?! — уф, сколько можно вопросов оттарабанить подряд, оказывается.

— Перенесем, — снова фыркнула от смеха драконица. Да, Маласса мне нравилась гораздо больше, чем ее сестра. Тоже с чувством юмора хотя бы, как и Аркат.

Тут я вспомнила про египетского двойника и, уже подхваченная крепкими сильными лапами и закинутая на спину, попробовала рассказать о своих подозрениях. Но, похоже, драконица меня не слышала, потому что никакой реакции не последовало. Как летели, так и продолжали лететь.

Вообще, полеты на драконах я представляла несколько иначе — типа я сверху, в позе крутой наездницы, держась за шею и… очевидно, мотаясь слева направо и справа налево от ветра, или, вообще, повисая вниз ногами и болтая ими в воздухе, м–да.

Но, на самом деле, нас запихали между шипов, и если вцепиться в передний мертвой хваткой и стараться не ударяться головой с размаху о задний — летать какое–то время вполне можно. Только из–за крыльев не видно ничего снизу, да, и вообще, ничего не видно — только ветер в лицо, до свиста в ушах и слез из глаз.

Немного оклемавшись от самого осознания факта полета на драконе, мы с Бхинатром, общими усилиями, воздвигли небольшой кокон, сдерживающий вихревое буйство вокруг нас.

Хотя мы летели над облаками, однако дышалось легко, только создавалось ощущение, что воздух вокруг чище и вкуснее, что ли. Единственное — было несколько прохладно, но кокон не только защищал от ветра, но еще и пытался согревать нас.

За почти часовой перелет у меня задеревенели мышцы рук, и затекло все тело, особенно та часть, которая ерзала между шипами. У Малассы вдоль хребта шел более–менее зауженный и сглаженный шипастый нарост, именно на нем мы все и сидели. Потому что, даже если мы бы и смогли разместиться втроем на соединении шеи с туловищем, там, где уже точно не стали бы мешаться крылья, нам пришлось бы провести час практически на шпагате и удерживаться непонятно как — обхватить руками шею драконицы, даже в самом тонком месте, было невозможно.

Наконец, впереди показался город, большой, красивый, с узорчатыми высокими башнями, весь как будто устремленный вверх, в небо. Интересное архитектурное направление — легкое, как будто воздушное. Огромные светлые окна, украшенные различными фигурками стены, и все это в светлых тонах — белое, кремовое, бежевое… Люди не прятались при виде Малассы, а лишь поднимали головы вверх и любовались на нее. Наконец, мы подлетели к крыше огромного здания. Она была, явно, продумана как посадочная площадка с высокими бортами. На нее мы и опустились, плавно и величественно. Чтобы не портить первое впечатление, слезать пришлось самим, с помощью левитации. Однако Рикиши я подхватить не успела, — он сам красиво спрыгнул и тут же склонился в поклоне перед седобородым старцем с короной на голове. Король Истейлии тоже поклонился, сначала Малассе, а потом нам. Стоящие за ним придворные повторили этот жест почтительного приветствия.