Книга В моем счастье прошу винить амнезию, страница 30 – Ирина Смирнова, Ива Лебедева

— Я не помню. — Руки, занятые привычным делом, давали мне хоть какую-то уверенность. — Скажи… а мы… мы только напарники? Или то, что сказала та женщина в лавке, — правда? Мы жених и невеста?

Эльмин в ответ вытаращился на меня, словно на привидение, шагнул ближе и приложил руку к моему лбу.

Я застыла. Рука была прохладная, приятная. А от моего напарника пахло жасмином с нотками здорового мужского тела. У меня почему-то снова закружилась голова…

— Жара нет, но приложило тебя сильнее, чем я думал. Алло-алло, центр вызывает капитана! Прием! Дженин Альгита в неволе не размножается — чьи слова⁈ Я несколько раз, как порядочный мужчина, предлагал оформить отношения. Но это же ты вечно твердила, что секс — не повод для знакомства, а тем более для замужества!

— То есть секс, — произнеся это слово, я почувствовала, как жар заливает шею, уши и щеки, — между нами был?

Когда даже мысленно проговаривала это слово, мне становилось не то чтобы отвратительно, но слишком неуютно. Как будто речь шла об испытании, которое следовало стоически пережить. Как, например, выщипывание бровей, чтобы придать им красивую форму, или традиционная медовая эпиляция перед свадьбой — по обычаям не владеющих магией предков.

Но еще я кожей ощущала, что Эльмин совсем близко. Чувствовала его дыхание, вдыхала запах. И в голове настойчиво крутилось, что если он чуть-чуть наклонится, то сможет меня поцеловать.

И что я этого… хочу? Чтобы эти пухлые, четко очерченные губы коснулись моих. Хочу почувствовать их вкус. Ощутить, как легкая темная щетина приятно оцарапает кожу, когда поцелуй станет глубже.

Кошмар! Насчет секса мы позже разберемся — есть у меня подозрения, что с ним была какая-то неправильность…

— Дженин? — растерянно произнес Эльмин, глядя в мои широко раскрытые глаза.

Не представляю, что на меня нашло. Никогда не делала так раньше. Точно знаю, пусть и не помню. Никогда первой не обнимала мужчину за шею, не притягивала к себе и не целовала…

Эльмин сначала ответил, приобняв за талию, а потом отстранился и нахмурился.

— Знаешь, ты даже целуешься теперь по-другому, как нормальная женщина, а не… захватчица!

В смысле? Я же первая начала, схватила, обняла, поцеловала. Чуть со стыда не сгорела! И все равно получилось как у нормальной женщины? Надеюсь, это был комплимент.

— Тебе понравилось? — робко уточнила я, стараясь не глядеть при этом на озадаченного мужчину.

Благо у меня было чем себя отвлечь: вода под лапшу закипела, следовало бросить в нее специи и налить ложку оливкового масла.

— Мне? Очень! Я бы сейчас с удовольствием затащил тебя в постель, но ты же не согласишься.

— Соглашусь, но после того, как все приготовлю…

— Не дай бог, тебя опять чем-нибудь стукнет и ты превратишься обратно из женщины в железную воительницу, — пробормотал Эльмин, нехотя отпуская меня, снова устраиваясь на диване и глядя вокруг большими глазами.

Я все еще смущалась, но готовить еду мне очень нравилось, а еще попутно наводить чистоту и красоту одним движением бровей — бытовые заклинания всегда давались мне легко. Всегда? Это память возвращается? Не буду думать об этом сейчас, лучше подам на стол.

— М-м-м… — Страстные постанывания голодного мужчины, дорвавшегося до вкусной еды, звучали лучшей музыкой. — Пэри небесные… в жизни ничего вкуснее не ел! Как ты могла⁈ Это нечестно, столько лет скрывать такой восхитительный талант!