Книга Крапива, которая любила читать. Часть 1, страница 109 – Ирина Смирнова, Ива Лебедева

Хм, эм… не совсем в землю…

Самое главное, что, пока летела стрела, пока я ставил щит, подготовка к перемещению не прерывалась.

Когда нас затянуло в образовавшуюся воронку телепорта, я с ужасом осознал, что демонова стрела угодила в узор, повредив руны направления. И не просто повредив, а…

— Апчхи! — Ортика помотала головой и глянула на меня одним глазом из-под упавшего ей на голову тюка с тканями. Тюк лопнул, и ворох шелка живописно прикрыл девушку от пронзительного ледяного ветра. — Однако… на крепость это не похоже.

Вокруг нее тут и там зашевелились присыпанные колким снегом пятна. Остальные наши спутники приходили в себя и начинали оглядываться.

Первым делом я пересчитал и проверил состояние всех участников нашего неудачного перехода. Шестеро детей дель Нериум (включая Ортику и Ландыша), Ириссэ, все еще без сознания, зато в одеяле, шесть слуг — Рябина, Седрик, Омела, двое оруженосцев старших сыновей и нянечка-кормилица для самого младшего. Крови или повреждений я не заметил, на первый взгляд все были абсолютно здоровы.

Лишь после осмотра всех участников, по пояс утонувших в чистейшем белом снегу, я огляделся вокруг.

— Это плохие горы, — сказало дальнее пятно, смутно проступающее из метельной круговерти. — Это не мои горы, Верат, нечего коситься.

Ага, Ледяной тоже с нами и жив-здоров. Хорошо. А вот насчет его ремарки о горах… Я очень аккуратно попытался скастовать простейшее и почти немагозатратное заклинание направления.

— Демоны! Ты что творишь?! — внезапно взвился Седрик, которому прилетело странным миниатюрным фиолетовым фаерболом, отчего он буквально подскочил над нетронутой снежной пеленой чуть ли не на сажень. — Рехнулся, идиот?! Куда ты нас затащил и зачем пытаешься убить?! — И этот мальчишка не нашел ничего умнее, как выхватить одной рукой меч, направив его на меня, а другой кастанул… что-то.

Вряд ли малолетний Плющ собирался нас прикончить. И слава богу, потому как результат и без того вышел явно не тот, на который парень рассчитывал.

— Это что? Призыв земляного элементаля? — Все уставились на крупного… хм… козла из камней и грязи. Козел скульптурно возвышался в сугробе и не делал попыток ожить.

— Я щит колдовал… — смутился Седрик и попытался снова воспроизвести заклинание.

— Стой! — рявкнул вдруг Инермис, но поздно. Гора под нами задрожала и поехала куда-то вбок.

— Не смейте пользоваться магией! — прокричал я, понимая, что на нас движется снежная лавина.

Ага, «щаз», как говорит эули. То есть Инермис, Аконит и Верат все правильно поняли, и до Седрика тоже дошло. Они кинулись хватать детей и женщин без всякого колдовства и тащить… ну правильно, под прикрытием огромной кучи камней у нас был хоть какой-то шанс.

— Цветочек? — вдруг услышал я удивительно неуверенный голос Ортики, которую первой подхватил в свои объятия. — Это не горка…

— Что? — не понял я, рассматривая нагромождение булыжников и действительно, смутно узнавая в нем знакомые рогатые очертания.

— Козлик, кажется, подрос. И глаза у него горят… странновато. Вы уверены, что нам к нему надо?

— Нет, — еще успел сказать я. А потом стало поздно. Потому что размеры обрушившейся на нас снежной лавины несколько превзошли мои ожидания.

— Ядреный корень! — только и успела пискнуть Ортика, хватаясь за меня и за оказавшуюся рядом Магнолию. — Друг за друга! — проорала она уже в голос.

— МРЕ-Е-Е-Е! — пробасило нечто в дикой круговерти снега, грязи и камней. А потом нас стремительно понесло вниз.

* * *

— Это были самые странные санки, на которых я когда-либо съезжала с горы, — констатировала где-то у меня над головой эули.

Я открыл глаза и наткнулся на ее обеспокоенный взгляд сверху вниз. Неугомонная девчонка уже сидела и деловито ощупывала меня с головы до ног. А потом плавно перешла на кого-то другого, начав щупать чуть в стороне от меня.

— Вот это мы… — Сухой кашель раздался в двух шагах, и там из травы вперемешку со снегом показалась голова Инермиса. — Цветочек? Я ведь правильно понял, мы в ТЕХ САМЫХ горах?

— Да, — устало кивнул я. — Тех самых. Поздравляю нас, господа! Мы попали.

И даже не удивился, услышав слегка истеричный смешок Ортики.

— Ме-е-е, — пробасило снизу.

Конец первой части;)