Книга Крапива, которая любила читать. Часть 1, страница 107 – Ирина Смирнова, Ива Лебедева

— Э… могу поклясться, что приложу все силы для выживания.

— Нет. Я четко назвал, какую именно клятву ты должен произнести. Поклянись. Мне. Своей. Душой. Ледон.

Нарцисс

— Ты хочешь?.. — Лед осмыслил сказанное мной, просчитывая перспективы. — Хорошо.

Я не сразу осознал, что крапивка тихо и незаметно, но настойчиво дергает меня за рукав. Кажется, эули хочет объяснений. Но не сейчас же?

А, нет. Это не любопытство. Это она мне глазами показывает на то, как побледнели старшие сыновья Ледона. Омела так и вовсе превратилась в сову, такого размера у нее стали глаза. Но главное — внучка господина Плюща незаметно вроде бы, но очень целенаправленно пятится в сторону двери.

Впрочем, далеко убежать девчонка не успела, потому что в дверях возникла хмурая, как осенний день, Рябина. Она одним движением остановила Омелу, всего лишь положив руку той на плечо. Действительно, нечего об этом знать старому плющу. Иначе он может поднять настоящий бунт, пытаясь отстоять душу сюзерена.

— Я клянусь, что не умру в ближайшие пятьдесят лет. Если я не сдержу клятву, то пусть моя душа станет собственностью коммунис радикс! — По позвоночнику пробежали магические отголоски. Я чувствовал, как слова князя отражаются в моей реальности.

Ортика, на которую я теперь почти все время косился одним глазом, открыла рот. Закрыла. Похлопала ресницами, и… такое впечатление, что начала давиться, пытаясь не начать хохотать.

Что здесь смешного?! Это серьезная клятва, а его последние слова несут в себе достаточно глубокий смысл. Ладно, нет времени возмущаться и обучать невежд. Тем более что пояснять всем истинные последствия я и так не собирался. Их, наверное, даже Ледон в полной мере не осознает.

— Принимаю. — Я коротко кивнул и почувствовал, как вздрогнули связи рода. Все, теперь Ледон обязан выжить. И в любом случае он никуда от меня не денется. Ведь если его убьют, я просто посажу его, и пусть растет. Может, на этот раз действительно удастся…

— Все? — Означенный клятвоприноситель смотрел на меня немного насмешливо. Я удовлетворенно кивнул, расслабляясь. — Отлично. Тогда все встали и пошли собирать вещи. Отправляетесь сегодня на закате.

— Сейчас этого достаточно, — все же добавил я, поднимаясь с дивана вслед за остальными. — Но знай, Лед: умрешь — долго жалеть придется. — Напоследок я расплылся в наиболее предвкушающей улыбке, чтобы наверняка стимулировать некоторых излишне самостоятельных суицидников к жизни. Глава рода тяжело вздохнул и медленно закрыл глаза.

«Если умру, точно не стану увиливать от наказания», — прилетела мне его мысль. Но вслух он этого так и не озвучил, чтобы еще сильнее не пугать детей.

Дальше все напоминало дом скорбных разумом больше, чем когда-либо раньше. Это нам Ледон так запросто приказал вещи собирать, и все пусть не с первого раза, но послушались.

А у него еще молодая и излишне любящая жена. Которая в последние два дня только-только распробовала вкус супружеского ложа и оттого резко перестала быть леди. Разочарованная в жизни женщина устроила такой грандиозный скандал, что, когда мы под вечер стояли возле портального круга, расположенного в самом сердце поместья, Ириссэ лежала на плече мужа без сознания, завернутая в одеяло. Не знаю, что он с ней сделал, и знать не хочу.