Книга Лайриэйль Лайвджой, страница 251 – Ирина Смирнова

— С чего бы это, дорогая, мне идти в Службу безопасности Дома, выставившего меня на улицу, обесчестив и оставив себе самое ценное, что у меня было? - женщина явно начала злиться, но заметно это было лишь по блеску в глазах, голос оставался спокойным.

— Ну, может быть, ради того, чтобы утереть нос тем, кто поспособствовал такой несправедливости?

Я изо всех сил сохраняла невозмутимость и старалась не выкладывать все козыри сразу. Эту рыбку надо удить не торопясь и подсекать в нужный момент.

— А ты дашь мне утереть им нос? - женщина снова оглядела меня, уже без всякого скрытого подтекста, просто как ребенка, который пытается играть во взрослые игры.

— Еще и носовой платок подарю, накрахмаленный до состояния кровельного пластика, - заверила я, усмехаясь. - Конечно, как только избавлюсь от приставки «без пяти». Но кое-что могу предложить уже сейчас. Для хорошей союзницы ничего не жалко.

Женщина опять только легким, едва заметным движением бровей выдала свой интерес, продолжая спокойно пить вино. Чем-то они похожи с этим горе-художником, оба «любители» поговорить.

Я отставила пустой бокал и поправила капюшон так, чтобы, кроме уверенности в том, что его хозяйка не в своем уме, больше ничего разглядеть не представлялось возможным, и вежливо предложила:

— Вы не проводите меня до аэрошки, дорогая? Я хочу продемонстрировать вам некоторые свои аргументы в более… интимной обстановке.

Капитан хмыкнула и, пропустив меня вперед, тихо процедила:

— Этот плащ скрывает большинство аргументов, но я с удовольствием оценю их... демонстрацию.

Не обращая внимания на залихватский свист и фривольные комментарии, судя по которым, капитанская неотразимость для юных дев просто зашкаливает за все разумные пределы, я быстро прошла к выходу и выбралась на воздух.

Ууууф! Ничего, осталось потерпеть еще совсем немного, и я намотаю мерзкую тряпку на инициатора маскировки, как бинты на мумию. И оставлю «греться» до утра! Садист доморощенный…

Аэрошка тихо-мирно дожидалась нас за оградой, в тени раскидистой пальмочки. Дверца плавно открылась, стоило нам с капитаном показаться из-за угла, и Файвиш выскользнул из аэрошки, упал на колени в пыль улицы, прижался щекой к ногам капитана Лайвджой и вроде даже расплакался. Да, точно расплакался... Плечи у него едва заметно вздрагивали, пока он целовал сапоги своей госпожи.

Вообще не понимаю, как можно настолько себя не уважать, чтобы пытаться влезть между такой привязанностью. Что за удовольствие трахать наложника, влюбленного в другую? Или это такое извращение, вроде как украла чужое и тащишься? Тьфу!

Капитан тоже выглядела весьма... живописно. Сначала она застыла, как памятник первооткрывателям, потом, убедившись, что у нее не галлюцинации, протянула руку и погладила парня по волосам, потом ее лицо вновь закаменело:

— Не смей реветь!

— Простите, госпожа. - Парень мгновенно успокоился и, испугавшись собственного проявления инициативы, уставился на меня: - Простите... я не выполнил ваш приказ…

Конечно, не выполнил. Я-то приказала сидеть в аэрошке, а не стоять возле нее на коленях, целуя чужие сапоги. Демаскирует, паразит!

— В аэрошку, - коротко приказала и обернулась к капитану: - Давайте поговорим внутри, дорогая.

Капитан не возражала, и вообще, ее демонстративный скептицизм заметно увял. Молча забралась следом за мной и устроилась напротив.