Книга Мкхарт, страница 134 – Ирина Смирнова

— Мы знаем, тьюди, — подал я голос. — Печально видеть, какие уродливые формы приобрела неплохая, в общем-то, задумка герцога.

— Приобрела… — горько усмехнулась тьюди Тиньюнь. — Если бы она сама… Нет, такой ее сделал мой муж. Убийства, торговля рабами, тяжелые наркотики — он не гнушается ничем.

Женщина облокотилась на стол и продолжила рассказ:

— Я тогда сильно увлеклась Аньхоном. Да, я крала мужа у собственной дочери, но ничего не могла с этим поделать. Я влюбилась! Мы с ним были ровесниками, нам было интересно вместе. Если бы не вынужденная необходимость соблюдать хоть какие-то правила приличия, я не остановилась бы ни перед чем, чтобы стать его женой. Моя дочь была не интересна ему, он приходил в ее спальню только из-за долга перед родом, чтобы дать семье очередного наследника. Мой муж тогда пропадал в Сычоне. Да и Кетхуму было откровенно плевать, где и с кем я сплю. Главным для него всегда были деньги.

— Да, я помню эти сумасшедшие дни, — протянул Йонж. — Сколько раз мне приходилось затыкать чужие рты, беспокоясь о чести герцогов Фаннизе. Но почему это все кончилось вот так? Твой муж прозрел? Взревновал? Зачем ему было убивать собственного зятя и инвестора?

— Да, Кетхум взревновал, можно сказать и так. Но не меня, на меня ему всегда было плевать. Он взревновал к деньгам. К тому времени клуб приобрел определенную известность, и как- то раз Аньхон, наконец- то, нашел время вникнуть, что же там наворотил его тесть. Осознав, во что превратилась невинная, в общем- то, задумка, он просто потерял голову. Несмотря на мольбы моего мужа, Аньхон, как номинальный собственник клуба, вывел из оборота все активы и подвел под суд некоторых особо рьяных подонков, готовя заведение к процедуре банкротства. Все это делалось негласно и прошло мимо внимания света. И тогда Кетхум, теряющий колоссальные прибыли, решил убить своего герцога. А чтобы добиться его молчания, пригрозил, что если Аньхон скажет хоть слово, то Кетхум навеки ославит род Фаннизе, приписав ему все злодеяния, творящиеся в клубе. Твой господин, Вьен, — тьюди Тиньюнь подняла взгляд от столешницы, глядя на моего партнера, — знал, что если он заговорит, то честь его семьи будет растоптана.

Йонж подавленно молчал, и, наверное, вспоминал время, проведенное у постели умирающего друга и господина.

— Хорошо, Тинь… — Йонж откашлялся, — а почему тогда тьюзи Ньюлинха начал охоту за собственной внучкой? Ведь с момента его мести герцогу Фаннизе прошло столько лет?

Тьюди Тиньюнь промолчала, собираясь с мыслями.

— Муж никогда не вводил меня в курс своих дел. Но по его обмолвкам и подслушанными мною разговорам, я сделала некоторые выводы. Во-первых, Аньхон, подводя клуб к процедуре банкротства, практически парализовал активность Кетхума. Очень много времени у него ушло на возрождение почти полностью разрушенной структуры. Во-вторых, Тхань сейчас более-менее уверенно встала на ноги, заработав неплохие деньги на Нумекре, и опрометчиво отказалась от поддержки альянса аграриев. Если бы Кетхуму удалось оставить Тхань в полной изоляции, то рано или поздно, представ перед ней в роли доброго и любящего дедушки, он, наверное, смог бы получить на нее некоторое влияние. Затем поступило бы предложение посетить клуб, вполне возможно, что вместе с братом, а дальше — банальный шантаж. Если бы у него все получилось, то через пару лет он получил бы полный доступ к состоянию Фаннизе, контролируя молодую герцогиню. Поверьте, то, что она приходится ему внучкой, для него не имеет никакого значения.