Книга Рождество по-эльфийски. Напарники без цензуры, страница 137 – Леси Филеберт

— Если кратко — там творится какая-то дрянь.

— А не кратко?

— Если не кратко...

Я провел рукой по лицу и принялся докладывать детали эпидемии детства на эльфийском материке.

Рассказал про встречу с императором, про те жалкие намётки, которые смог предоставить мне генерал Каллос. Информации было очень мало, точнее — вся она была разрозненной, никакие выводы сделать не удавалось. Описал масштаб эпидемии, который откровенно ужасал: все геросские больницы были переполнены заболевшими, многие академические помещения были отведены под лекарские палаты. Зараженным не становилось хуже, но и выздороветь пока никто не торопился.

— А сами лекари как? Заражаются от больных?

— Я бы так не сказал. Среди лекарей есть заболевшие, но в небольшом количестве. Учитывая масштаб эпидемии в стране, то они просто входят в эту статистику, да и всё.

— То есть контактный способ передачи заболевания исключается.

— Скорее всего.

— Возможно, это какая-то дрянь из мира сновидений, не думал об этом? Или с изнанки мира.

Я нахмурился.

— То есть... кто-то или что-то, грубо говоря, высасывает взрослое сознание людей?

— Либо подменяет его. Непонятно только, почему на детское сознание, но в сновидениях и изнанке мира обитает много тварей, способных на странные и жуткие вещи... А превратить весь мир в сплошной детский сад — это жутко. Кто или что тогда придет править миром? А что будет со всеми этими новоявленными детьми, не способными за себя постоять? Выглядит как отличный корм для.... кого-то. Или — чего-то. Очень много безобидного корма. Не правда ли?

Я почувствовал, как по спине пробежал холодок.

— А что думает на эту тему Верховный Императорский маг Геросса? — спросил Ильфорте. — Ты же уже общался с ним?

— Он подозревает, что это проделки каких-то новых демонов или чего-то подобного, но следов тьмы я нигде в императорском дворце не нашел.

— А не во дворце?

Я посмотрел на отца, чей взгляд сверлил меня сейчас покруче любой дрели.

А я смотрел на него и думал о поле... О том поле с проросшей треклятой валерианой, которую Еления умудрилась уговорить стать возрожденной эльфийской святыней. Я так и не понял до конца, как именно она этот фокус провернула, и мне еще предстояло разобраться в гранях магии Елении, но сейчас было важно другое: она тогда говорила о тьме, от которой она якобы очищала поле. Я прибыл уже после очищения, и ничего темного и подозрительного уже не видел (ну, если не считать подозрительным целое поле запрещенного растения, выросшего на моих глазах по вине напарницы). И на тот момент не придал особого значения словам Елении о темной магии, потому что был озабочен сначала реакцией эльфов на всё это безобразие, а потом — состоянием ослабшей Елении. Что, если она со своей профессиональной везучестью репортёра умудрилась выйти на след той самой тьмы, которая сейчас атакует Геросс и медленно переползает на другие страны?

Обо всем этом я и поведал отцу, посетовав, что не застал момент изгнания темной магии с поля.

— Поле, говоришь... Надо подумать над этим. Есть у меня некоторые предположения, но я пока придержу их при себе, нужно проверить информацию.

Ильфорте вдруг глянул на меня с хитрой улыбкой и протянул:

— Да-а-а... Интересный у тебя Страж вырисовывается, конечно.