Книга Пышка-попаданка и ее скандальный кафетерий, страница 35 – Ольга Баринова

В дверь постучали.

Марина насторожилась, но за стеклом показался Эдмунд. За ним стояли двое охранников, один из которых держал под мышкой тяжелый архивный том.

— Мы закрыты, - сказала Марина, впуская инспектора. - Но для представителя канцелярии могу сделать исключение.

Эдмунд оглядел пустые подносы, чашки и почти опустевшие мешки.

— Полагаю, открытие прошло успешно.

— Мы продали почти все.

— Впечатляет.

— Счет за ремонт крыши впечатляет меня намного больше.

Марина заметила архивный том.

— Вы вернули грамоту?

Улыбка исчезла с лица Эдмунда.

— Вернул. По официальному требованию палаты Корнелиус передал книгу судебному посыльному.

Охранник положил том на прилавок. Книга была огромной, в темном кожаном переплете с позолоченными металлическими уголками.

— Но есть проблема, - продолжил Эдмунд.

Он раскрыл книгу ближе к середине.

Между двумя пронумерованными страницами виднелся неровный обрывок пергамента шириной в палец. Лист вырезали почти у самого корешка.

— Нужная страница исчезла, - сказала Марина.

— Да. Корнелиус утверждает, что она отсутствовала уже в тот момент, когда он получил том.

— А архив?

— Хранитель настаивает, что перед выдачей все страницы находились на месте. Но лично он книгу не проверял. Это сделал младший помощник.

Марина осторожно провела пальцем возле обрезанного края.

— Значит, завтра в палате будет слово Корнелиуса против слова архивного помощника.

— И неполная копия грамоты, приложенная к прошению.

— Та самая, где пропущен четвертый пункт.

Эдмунд кивнул.

— Без полного текста нам будет сложно доказать, что пропущенная часть имела значение для дела.

Марина перевернула следующую страницу. На ней начиналась другая грамота, не имевшая отношения к Вейнам. Она уже собиралась закрыть книгу, когда заметила на пергаменте едва различимые вдавленные линии.

— Подождите.

Она придвинула подсвечник и поставила его сбоку, почти вплотную к столу. Косой свет лег на страницу, подчеркивая малейшие неровности.

— Что вы увидели? - спросил Эдмунд.

— Следы пера. Тот, кто писал на вырезанной странице, сильно нажимал. Нижний лист сохранил отпечаток.

Марина повернула подсвечник. Тени стали четче.

На поверхности пергамента проступили отдельные буквы.

Эдмунд наклонился над книгой.

— Разобрать почти невозможно.

— Чернила не нужны. Нужен мелкий угольный порошок и очень мягкая ткань.

— Вы уверены, что не повредите документ?

— Нет. Поэтому позовем архивного мага и сделаем все при свидетелях.

Она еще ниже склонилась над страницей, стараясь прочесть проступившие в боковом свете слова.

Сначала ей удалось различить лишь обрывки:

«…не глава рода…»

Ниже:

«…признанный землей…»

И в самом конце строки:

«…вправе возвратить короне…»

Марина медленно выпрямилась.

— Вот зачем Корнелиус вырезал страницу.

Эдмунд смотрел на отпечатки, и лицо его становилось все мрачнее.

— Если мы правильно прочитали текст, грамота называет хранителем не главу рода.

— А законного владельца магического хранилища, где хранится артефакт, - закончила Марина. - Того, кого признала земля.

Она подняла руку с фамильным кольцом. В отблеске свечей по металлу пробежало слабое золотистое сияние.

ГЛАВА 17

Королевский архив открылся для них задолго до начала рабочего дня.

Хранитель, сухой мужчина по имени господин Хавель, встретил Эдмунда и Марину в мятом сюртуке, с растрепанными волосами и таким выражением лица, словно исчезновение страницы было личным оскорблением всему его роду.