Книга За маской, страница 6 – Алёна Шахнина

— Спасибо, Егор, — щебечет Катя.

А я не могу выдавить ни слова, лишь киваю. Она снова мне улыбается и уходит с Юлей. Лишь через пару секунд до меня доносится их звонкий смех, но я все ещё думаю, что это не в мой адрес.

Катя давно мне нравится, но она слишком красивая, чтобы обратить внимание на такого, как я. Она общается с крутыми парнями, гуляет с ними после школы, ходит на свиданки. И я даже не мечтаю, что она когда-нибудь обратит на меня внимание.

Я не всегда был таким. Класса до седьмого я был обычным, пусть не крутым, но с травлей не сталкивался. А потом уход отца, и вскоре это стало достоянием школы. Казалось бы, в современном мире безотцовщина — это нормально. Но расти с одним родителем можно, а вот когда второй постоянно приходит в школу и требует хороших оценок для своего ребенка — нет. Мать знатно позорила меня два учебных года, и сначала надо мной только тихо посмеивались. Потом начали издеваться открыто, особенно когда мать встречала меня после школы. Так я стал изгоем, и мне пришлось спрятаться в свой кокон. Я ни с кем не общаюсь в школе, даже с такими же лузерами, как я.

Мечтаю, что в институте все изменится. Я не хочу в медицинский — этого хочет мать, а я смирился с тем, что спорить с ней бесполезно. Я не могу подвести её, как отец, потому что кроме меня, у неё никого нет. И если мама будет счастлива видеть врачом, то пусть так. Возможно, мне это тоже понравится.

Я сижу всегда на первой парте возле учителя. Это не моя прихоть, а классного руководителя. Она считает, что когда я сижу на последней парте, у меня списывают все, кому не лень. И это правда, только им не мешает списывать и под носом у учителя, поэтому смена парты не дает ровным счетом ничего. Мне не жалко, я всегда делюсь ответами, и не чтобы заработать очки к рейтингу, а просто чтобы чувствовать себя нужным.

На третьем уроке очередная контрольная, и очередные мольбы о помощи. Я успеваю сделать всю работу и переписать на запасной листок, и он отправляется по классу. Продолжаю делать вид, что ещё решаю уравнения, как раздается стук в дверь. Осторожный, тихий, неуверенный.

Учитель разрешает войти, дверь открывается, и у меня холодеет внутри. Через щель просовывается мамина голова.

— Простите, пожалуйста, а можно Шарова Егора на минутку? — говорит она.

Я хочу провалиться сквозь пол, раствориться на стуле или просто исчезнуть. Учитель кивает мне, что я могу выйти, я медленно поднимаюсь и двигаюсь на выход.

— Мамка пришла подгузник сменить, — слышу я смех в классе.

— Контрольная контрольной, а молочко по расписанию, — подхватывает второй голос.

Я крепко сжимаю зубы и выхожу из класса.

— Мне в ночную сегодня, а ты ключи не взял, — говорит мама и протягивает мне ключи.

— У меня телефон есть, могла позвонить, — сквозь зубы отвечаю я.

— А ключи в смс отправить? — с упреком говорит мама.

И тянет руки, чтобы поправить воротник рубашки и застегнуть пуговицу, которую я расстегнул от духоты в классе. Я отступаю от материнских рук, и она с таким удивлением смотрит на меня, будто я оттолкнул её.

— Ты можешь не приходить в школу, мам? — спрашиваю я, еле сдерживая гнев.

— А что такого? — совершенно искренне спрашивает мама.

— Ты позоришь меня! — вырывается у меня.

— Вот как… Мать позорище для тебя, значит, — тихо говорит она, и голос её дрожит.