Книга Братья, страница 50 – Алёна Шахнина

Быстро выпустив пальцы Тимура, я откинула плед и незаметно вытерла лицо.

— Яна?

— Ее в больнице оставили. Что-то сложное, — тихо сказал Тимур.

Я посмотрела на дверь общаги через окно, потом на время — почти два часа ночи.

— Меня пустят?

— Иди, я позвоню.

Я не могла смотреть на него. Стыд сжирал меня вместе с косточками, и единственное, что хотелось — бежать. Не прощаясь, я вышла из машины и быстрым шагом, дрожа от сна и холода, дошла до двери. Не оборачиваясь, дождалась, пока вахтер откроет мне, и нырнула в общагу.

Я сидела на своей кровати в полной тишине, нарушаемой только сопением блондинки. Смотрела на свои руки, пытаясь что-то рассмотреть на них. Я еще чувствовала чужое тепло, и чужую хватку, которая во сне мне казалась надежной и безопасной. И мне будто было… приятно.

Почему он не отнял руку? Почему сжал в ответ? Что вообще происходит с людьми вокруг меня? Раньше все было так просто — я ненавидела всех, кроме брата. А теперь люди вызывают во мне новые, неизведанные эмоции, рушат мою броню, и заставляют чувствовать себя слабой.

И этот сон… Я видела его много раз после смерти мамы, он повторялся практически каждую ночь. Первое время я постоянно кричала во сне, плакала и разговаривала. На сеансах с психологом мы прорабатывали травму, и она убеждала, что скоро пройдет. Врач говорила, что я путаю сны с воспоминаниями, что мозг пытается отправить меня в безопасное место. Постепенно мне становилось легче, я свыклась с мыслью, что я не вернусь домой и перестала боятся детдома. Прекратились и сны. И вот они снова вернулись. Тогда, когда я не справляюсь, когда нуждаюсь в помощи, но не могу попросить ее.

Но почему именно в тот момент, когда я была не одна? Когда не была в безопасности в принципе? Рядом с человеком, от которого холодеет внутри. Что за подстава от собственного сознания. Теперь я не смогу смотреть ему в глаза, придется избегать его общества, надеясь, что и он быстро забудет об этом.

Я легла в кровать, даже не раздеваясь. Натянула одеяло и закрыла глаза. Хотелось вычеркнуть этот вечер из памяти, чтобы его вообще не случалось.

На пару я пришла разбитая и совершенно не отдохнувшая. От усталости ломило все тело, от стыда горела кожа до кончиков пальцев. Я прошла в аудиторию уже со звонком, опустив голову. Упала на свой стул и с грустью посмотрела на пустое место рядом с собой. Хоть мы и не общались с Яной, без нее как-то непривычно даже. Я достала телефон и быстро написала ей сообщение.

Весь урок я была в своих мыслях. В свалке мыслей, думая обо всем сразу. Совершенно не слушала учителя и сгорала от желания уйти отсюда прямо из-под носа педагога. Но мне же нужна характеристика, будь она проклята! Ненавижу это все! Почему нельзя просто забрать брата, ведь я его единственный родственник! Я вырастила его, я заменила ему мать! Почему я должна доказывать, что хорошая, если я и так это доказала!

Злость снова брала надо мной верх, и я, на секунду забыв, что сижу на уроке, со всей силой швырнула ручку в стену. Учитель сразу замолчал и уставился на меня. Как и почти вся группа.

— Простите, — буркнула я. — Выскользнула.

Поднялась, стул грохнулся на пол, шумно прошла к стене, подняла ручку и вернулась на свое место. Чертова учеба. Зачем она вообще мне нужна? Лучше бы работать пошла, а не сидела здесь, изучая профессию, которая мне совершенно не нужна. Вот зачем мне этот бизнес, этот менеджмент, если я никогда не стану бизнесменом? Но, к сожалению, это был единственный институт, где я сдала экзамены на бюджет. Единственное место, куда смогла поступить такая неудачница, как я.