Книга Братья, страница 17 – Алёна Шахнина

В кабинет кто-то постучался, потом раздались голоса, но я не оборачивалась. Мы с Марком пытались решить тест, и получалось это не очень. Видимо, он тоже не силен в информатике, как и я.

— В третьем ответ «д», в пятом «а», — раздался шепот за нашими спинами, и мы обернулись.

Позади нас стоял Матвей, и видеть его не в баскетбольной форме было непривычно. Белоснежная футболка и синие джинсы шли ему намного больше, чем черная майка и шорты.

— Ты что? — спросил Марк.

— Я не к тебе, братец. Насть, сегодня дополнительная тренировка, придешь? — спросил Матвей и подмигнул мне. — Или после вчерашнего отбой?

— Еще чего, — фыркнула я. — Я тебе слабачка что ли.

— Нет, братан, я такого не говорил, — улыбнулся Матвей.

— У меня формы нет.

— Я тебе дам нашу форму.

Оказывается, когда они рядом, перепутать их сложно. Матвей выглядит старше, и волосы у него лохматые, и улыбка какая-то особенная. Хотя про улыбку трудно сказать — Марк не улыбался вообще.

— Ладно, — выдохнула я. — Приду.

Матвей схватил печеньку и забросил в рот под равнодушный взгляд Марка.

— Пробовала? Как тебе? — спросил Матвей, жуя печенье.

— Классное, особенно с голоду… — Вот почему иногда мой язык живет своей жизнью? Еще не хватало жаловаться на голод незнакомым людям, да и вообще кому-либо.

Понимая, что этот болтун выпытает у меня всю подноготную, я отвернулась и уставилась в экран. Взяла мышку и нажала ответы, которые назвал Матвей. Правильно или нет узнаем потом, но других вариантов нет.

Мы ответили на последние вопросы, и компьютер выдал результат — 8 из 10. Четверка! Хотела поблагодарить Марка за помощь и печенье, но слова застряли в горле. Я не умела говорить «спасибо», разучилась пять лет назад. В детдоме свои правила — если тебе помогают, то ты должен что-то сделать взамен. А если ты тупо говоришь «спасибо», это означает одно — помогать в ответ не собираешься.

В детдоме никто не помогает бескорыстно. Каждое действие имеет подтекст, и нужно сто раз подумать, прежде чем принять помощь. В реальной жизни, возможно, все по-другому, но старые привычки трудно искоренить. И, сидя рядом с Марком, я уже жалела, что приняла помощь. Потом он точно использует это против меня, заставит что-нибудь делать для него.

Едва прозвенел звонок, рядом с нами оказалась Полина. Ей не понравилось, что меня поставили с Марком, и, судя по гневному взгляду, она готовилась к удару.

— Марк, пойдем перекусим в столовой? — защебетала блондинка. — Насть, пойдешь с нами? А то я слышала, твою еду кто-то выбросил.

— От себя слышала? — спокойно отреагировала я.

— Ну ладно, — она махнула рукой. — Это я была. Но я случайно. Не поняла, что за бомжатский пакет в холодильнике. Подумала, что кто-то подкинул случайно еду для тараканов.

Я сильно сжала лямку рюкзака, чтобы не ответить и не влезть в драку. Всего один выплеск эмоций, и вся моя характеристика коту под хвост. А если блондинка еще и заявит на меня, то не видать мне брата, как своих ушей.

Но как же тяжело держаться! В детдоме я бы приложила эту дуру к стенке, а сейчас… Вынуждена терпеть и молчать. Вынуждена ждать, пока она потешит свое самолюбие и свалит первой. Ради Павлика. Все ради тебя, мой милый братик.

Тупая курица! Как же я ее ненавижу! Вся такая разукрашенная, в модной одежде, к пацанам липнет. Дура бестолковая!