Книга На волнах оригами, страница 214 – Анна Джейн

— О да. Не лакшери, конечно, ни разу, но тут отменный кофе и неплохое вегетарианское меню. Ты ведь знаешь, я категорический противник поедания живых организмов, – сказала блондинка, скользнув по столу и неодобрительно глянув на «мое» блюдо с мясом, запеченным с сыром и картофелем. После она перевела весьма красноречивый взгляд на меня, явно давая понять, какого она обо мне мнения.

Я улыбнулась ей в ответ и, не зная зачем – наверное, назло, взяла нож с вилкой и, отрезав кусочек аппетитно пахнущего мяса, положила его в рот. Лицо блондинки вытянулось. Нинка хмыкнула, ничего не сказав, но, кажется, ситуация казалась ей презабавной.

— Тут обалденные смузи! – продолжала вторая девушка писклявым манерным голосом. – И макаруны!

— И «Наполеон» вкусный, – решила вступить в беседу и я, но на меня опять странно взглянули, как на доисторического ящера, и я предпочла молчать, веселясь про себя.

Пару минут девушки болтали, а после распрощались – все тем же нелепым способом, добавив еще и поцелуй в воздух около щечки. Смотрелось это комично.

Наконец блондинка и брюнетка покинули «Старый парк», бросив на меня еще один странный взгляд напоследок.

— Гниды, – обласкала их Нинка, усевшись в свое кресло и превращаясь в саму себя.

— Любишь ты их, – распробовала я мясо, которое не собиралась возвращать Нинке. Та вернулась к салату.

— А что мне их любить, этих куриц, – проворчала подруга, вооружаясь столовыми приборами. – Живая иллюстрация на тему: «Тупая и еще тупее: побег из курятника». А знаешь, Катька, ты как что вычудишь, – вдруг искренне улыбнулась она мне. – Это было потешно. Вот ты вроде бы такая милая, спокойная, ну просто няшечка, но кровь Радовых дает о себе знать.

— Как ты это поняла? – рассмеялась я.

— У тебя в голове есть особый винтик. Как открутится – начинаешь творить веселье, – пояснила с полным ртом Нинка. – Чего только твой цыганский номер в зоопарке стоит. Жизнь в вашей семье нормальным не сделает, – покрутила она сразу двумя пальцами у виска.

— Ну, спасибо, – в шутку надулась я.

— Пофалуфта, – прошамкала мне в ответ Ниночка. – Я теперь тоже макаруны хочу.

* * *

Те, кого Журавль ласково назвала Леночкой и Дашенькой, а позже нарекла гнидами, громко и настойчиво цокая каблуками, вышли из кафе «Старый парк» и направились к припаркованной неподалеку типично женской маленькой машинке ярко-оранжевого цвета.

— Кошмар, – откинула со лба прядь длинных белых волос девушка-вегетарианка. – Что за подружка у Журавль? Ты видела, да, видела? Сидела и ела мясо! Мя-со! Отвратительно!

— Видела, – отвечала брюнетка. Мясо и она есть любила – особенно шашлыки, но предпочитала об этом не распространяться. – И мейка на ней никакого не было. Она странная… Предпочесть макарунам какой-то «Наполеон». Лен, а ты слышала их разговор до того, как мы подошли? – поспешно перевела она тему и причем на волнующую. – Это же бомба!

— О Лесковой? Слышала, конечно, не глухая, – отвечала раздраженно блондинка, отключая сигнализацию в автомобиле. – Даша, получается, слухи про Лескову и Журавль – это правда? – спросила она почти с восторгом. – О, май гад!

Девушки совсем не так все поняли, а что не поняли – дофантазировали.

— Наверное, – первой уселась в машину брюнетка. – Получается, Лескова и Журавль были вместе, потом расстались…