Книга На волнах оригами, страница 210 – Анна Джейн

Когда об этом узнала Нинка, она хохотала как безумная. Сама она, в отличие от меня, обладала хорошей физической подготовкой и часто, правда, по настроению, а не по расписанию, посещала тренажерный зал.

— Моль вернется, а ты ему стриптиз танцевать начнешь? – веселилась подруга, глядя на многочисленные синяки на моих ногах. Я всего лишь пару раз сходила на занятия, но они не замедлили появиться – мне объяснили, что это нормальное явление.

— Танец на пилоне – это форма акробатики, – морщась от ноющей боли в мышцах, заявила я, повторяя слова своего тренера. – Никак не связана со стриптизом.

— Она-то может и не связана, – хихикнула подруга, – зато Тропинку в ад впечатлишь. Катька, у меня идея! Давай, я запишу, как ты там на шесте извиваешься, и мы видос Клею отправим, пусть слюной захлебнется!

— Я еще и не умею ничего, – отмахнулась я. – И вообще, что за идиотские мысли? Я хожу туда для тонуса.

На это подруга не ответила, только лишь хмыкнула и посоветовала мне для тонуса ходить вместе с ней в тренажерку, а не набивать синячищи на пилоне. Я отказалась и упрямо посещала студию, вскоре даже научившись получать удовольствие от происходящего. Мне захотелось быть более пластичной и гибкой. И иногда я представляла, а что было, если бы Антон увидел меня на пилоне. Такие фантазии придавали сил, хотя изрядно смешили.

А еще я часто бывала в тех местах, по которым мы с Антоном гуляли летом, как сегодня, и тогда мне казалось, что он сейчас здесь и со мной, держит за руку или обнимает. Иллюзии оказались отличным лекарством, правда, недолговечным и требующим постоянно повышать дозу.

…постояв в беседке-ротонде, я двинулась обратно, рассеянно разглядывая нарядные деревья. Вскоре я вышла к дому из бруса с двухэтажной террасой со столиками – кафе «Старый парк». Если летним жарким днем народу тут было совсем немного, то сейчас, в теплый осенний выходной вечер, здесь собралось приличное количество народа. Да и в самом парке я повстречала немало прогуливающихся.

Пройти мимо еще одного места, где мы проводили время с Антоном, я не смогла – ноги сами понесли меня ко входу, и вскоре я уже расположилась за одним из столиков около широкого окна с занавесками. К сожалению, тот столик с полупрозрачными шторками, за которым сидели мы с Тропининым, был занят – другой парой, очень юной, очень милой и, кажется, очень влюбленной. Молодой человек неотрывно смотрел на свою спутницу, а та счастливо смеялась. Эти двое напомнили мне нас с Антоном, и на лице сама собой появилась едва заметная теплая улыбка.

Настроение у меня было смешанное: с одной стороны, после общения с любимым человеком хотелось улыбаться, и душа пела, и сердце стучало веселее, а с другой, я, кажется, еще больше стала скучать по нему, желала прикоснуться, обнять, услышать его голос – вживую. Почувствовать рядом.

Скоро это случится.

Горячий ароматный кофе немного привел меня в чувство, подарив легкую бодрость, и я уже даже решила заказать вторую чашечку, как мне помешал телефонный звонок.

— Ну и где ты? – не здороваясь, недовольным тоном осведомился ворчливый голос Нинки.

— В кафе, – отвечала я, аккуратно отламывая ложечкой кусочек пирожного «Наполеон», который на вкус был просто божественным.

— В кафе? И без меня? – ахнула Журавль и тотчас потребовала адрес этого самого кафе, заявив, что сейчас приедет и расскажет кое-что «потрясное».