Книга Офицер строгого режима, страница 50 – Ольга Тимофеева

Жду до последнего гудка, пока звонок сам не сбрасывается. Василиса не отвечает.

Открываю чат.

Я: “Куда сбежала?”

Нет. Жестко как-то. Хотя правда в чистом виде.

Сажусь на кровать.

Я: “Что-то не нашел тебя, когда вышел из душа.”

Нет, тоже не то.

Призвать к чувству вины?

Ты оставила мою квартиру открытой, у меня украли сердце.

Как сопливый романтик.

На ее окна. Там никакого движения.

Ну, если у неё командировка, вероятно, причина веская. Самолет или ещё что-то.

Могла и сказать, что уходит.

Отправляю.

Одна галочка.

Никто, похоже, и не собирается читать.

Нет уж.

Я писал и звонил.

Теперь за тобой шаг.

На секунду прикрываю глаза.

А в паху опять тяжелеет от воспоминаний.

Мокрая кожа.

Горячий душ.

Пальцы на плече. Как кончала на мне.

Ворошу на голове волосы.

Сука.

Как же было хорошо, но мало.

Теперь вот когда она вернется? Завтра? В воскресенье? В понедельник?

А с кем она вообще туда полетела? И куда вообще полетела?

Я никаких пауз не хочу. Можно без этого?

Потому что знаю я, проходили.

Потом что-то там себе накрутит за эти выходные, и все. Хотя чего накручивать. Я же не призываю съезжаться и в загс ее не тяну, но если вместе хорошо, то почему бы не продолжить?

Телефон вибрирует.

Василиса?

Тут же снимаю телефон с блокировки.

Рабочий чат.

Блять. Не сейчас.

Кидаю телефон на кровать.

Падаю на спину.

Сейчас бы ее сюда, чтобы потанцевала на мне.

Вот что за жизнь.

Вроде взрослый мужик и можешь делать что хочешь. А не получается. Потому что у тебя дочь, у женщины, которая нравится, сын, и сама женщина только что сбежала.

В ванной слышу фен: Люба сушит Графа.

Если бы не Люба, то жил бы он как холостяк и сам бы себя вылизывал. А так нет, заботятся о нем.

Обо мне бы так кто-нибудь позаботился.

Нет, мне все же для спокойствия надо знать, куда она полетела и, желательно, с кем.

Так…. кто у нас сегодня дежурит?

О. Тихонов опять. Прям везет ему выделиться перед начальством.

Набираю.

— Добрый день, Илья Романович. Тихонов.

— Добрый. Слушай, мы с тобой там проверяли одного человека.

— Да.

— Надо опять проверить.

— А чего не официально?

— Пока веду наблюдение.

— Понял.

Что он там понял, я не знаю, зато быстро понимает, что нужно пробить рейс: откуда, куда и сколько человек в бронировании.

— Вы роман решили завести, Илья Романович?

— Я тебе сейчас заведу дисциплинарку. Работай.

— Принял. Работаю.

Опаздываю. Нарушаю правила.

На заднем сиденье мой чемодан ездит туда-сюда.

Рядом сидит Денис с Чайкой на руках.

У неё там насыщенная культурная программа: машины, люди, реклама, автобусы.

На проспекте ускоряюсь, чтобы проскочить на зеленый.

Он уже моргает.

— Быстрей, мам.

Ещё притапливаю за всеми.

Машина передо мной резко тормозит.

Я по тормозам. Чемодан с заднего сиденья по инерции вперед. Ударяется в сиденье.

— Чёрт.

— Денис, нельзя было в багажник все сложить?

— Можно. Я чемодан еле впихнул. Там полбагажника какими-то коробками забито.

— Точно. Да надо было забрать для работы кое-что, я уже не стала выгружать туда-сюда.

— Зато теперь чемодан танцует.

Машина, которая притормозила, уходит вправо, я только включаю левый поворотник, чтоб ее объехать, и тут из-под земли появляется дпсник и жезлом мне тоже в сторону машет, мол, паркуйся, ты дальше не едешь.

— Да твою ж мать.