Книга Офицер строгого режима, страница 25 – Ольга Тимофеева

Ого, Муромов. Неожиданно.

Теперь надо под пристальным взглядом троих сторонних наблюдателей туда влезть.

— Мам, там узко, - подсказывает Денис.

— Спасибо, капитан очевидность.

Сдаю чуть вперед, потом назад. Машина пищит парктроником так тревожно, будто я не паркуюсь, а вскрываю сейф.

Муромов сидит в своей машине, ждет.

Вот чего сидеть и смотреть. Сама я справлюсь. Просто требуется время.

Снова сдаю назад. Выворачиваю руль. Чуть правее. Слишком. Перебор.

Парктроник орет.

— Мам…

— Помолчи.

— Мам, не влезем.

Снова вперед.

Снова назад.

Ещё одна машина подъезжает за Муромовым. Сигналит.

Ну нет… Надо уезжать. Не влезу я.

Но и упасть в грязь лицом я не могу.

Он же припомнит мне это.

Муромов не выдерживает.

Выходит из своей машины, идет к нам и сразу открывает мою дверь.

— Выходи, я припаркую.

— Я сама.

— Пап, привет, - машет ему Люба.

— Привет. Василиса, не создавай пробку, выходи, - снова мне.

— Мам, ну все, не геройствуй, - Денис сзади давится смешком.

Смотрю на Муромова.

Он на меня.

— Ну, чего ждем?

Люба поджимает губы, усмехаясь. Денис уже откровенно улыбается.

Прекрасно. У меня в машине подростковый театр, на улице начальник полиции, а я сижу, как курсант на пересдаче.

— Ладно, - выдыхаю.

Муромов подает руку и помогает выйти.

— Только без комментариев, Илья Романович, - в глаза.

— Не обещаю.

— Муромов.

— Василиса….

Он садится за руль, одним движением подстраивает сиденье, смотрит в зеркала.

И паркует мою машину за двадцать секунд.

Выходит, протягивает мне ключи.

Да я и бы сама справилась. Просто мне надо чуть больше времени.

— Вы во сколько на работу едете, Василиса?

— А что?

— Так выгнать надо будет.

— Справлюсь.

— Ну если что обращайтесь. Кстати, по поводу нашего с вами дела. Я все уладил. Но там будут нюансы.

— Какие? - шепотом спрашиваю.

Машина позади Муромова сигналит нам.

— Потом расскажу, - подмигивает Муромов и идет в свою машину.

— Люба, до вечера. Я к девяти подойду.

— А можно в девять двадцать? У меня репетитор.

— Хорошо.

Мы расходимся по домам.

— Мам, а вы прям сдружились с ним?

— Сдружились? Ну хочешь ты с ним дружи. Я вместо того, чтобы теперь по вечерам отдыхать, должна ходить к ним и отрабатывать то, что тебе захотелось высказать свою гражданскую позицию.

— Ладно, мам, извини. Хочешь, я погуляю с Чайкой?

Если я пойду, то встречу Муромова. А мне бы поменьше с ним встречаться. Ещё свежи в памяти вчерашние образы.

— Иди. Я как раз сделаю нам ужин и отдохну чуть-чуть перед массажем.

И, если повезет, мы с Муромовым в его квартире даже не пересечемся. Вообще бы у Любы узнать его расписание, чтобы приходить, когда его нет.

— Проходите, - Люба открывает мне дверь, пропускает в квартиру.

— Привет, ещё раз?

Делаю шаг и тут же попадаю под контроль агента Графа. Обнюхивает меня так, будто прохожу досмотр на входе в режимный объект.

— Здравствуйте, комиссия. .

Жду, когда поймет, что мы “знакомы”.

И чтобы ускорить, лезу в карман за сушкой и протягиваю ему на ладошке.

Тот смотрит на Любу. Вот же где выдержка у пса. Не съесть то, что очень хочется.

— Можно, Граф, - кивает ему Люба.

И тот тут же аккуратно берет с ладошки сушку и хрустит.

— Хорошая собака, - глажу его между ушей.

Раздеваюсь. Осматриваюсь.

В квартире все новенькое, аккуратное, минималистичное. Никаких лишних вазочек, подушечек, рамочек.