Книга Правда или наказание, страница 28 – Ника Черри

Я в этом даже не сомневалась. Всегда вместе.

От одного лишь упоминания о сексе с ними мне стало невыносимо жарко. А нижнее бельё увлажнилось.

Эй, тело, ты должно быть заодно со мной, а не устраивать провакационные диверсии!

— Рано или поздно любой марафон заканчивается. А через год? Как вы себе это вообще представляете? Мы будем встречаться втроём? Все вместе ходить на свидания? Или посменно? Как мы объявим о наших отношениях знакомым? Нас никто не поймёт, полигамия — табу в обществе! Нас заклеймят извращенцами!

Слишком много вопросов и так мало ответов.

— Кому какое дело, что о нас говорят? Нам плевать на мнение окружающих! Настоящие друзья поймут и примут. А тех, кто осудит, отправим в пешее эротическое путешествие. Мы хотим быть с тобой...

— А мне нет. Мне не плевать. Как я представлю Вас своим родителям? Как мы поженимся? Многомужество в нашей стране запрещено вообще-то!

— Ты слишком далеко заглядываешь. Мы что-нибудь придумаем.

Положила руку на живот, вспоминая как совсем недавно нежно поглаживала его и даже напевала колыбельную. Жаль, что не сбылось. Но может оно и к лучшему.

— А если я забеременею, кто будет отцом моего ребёнка? Представляю себе эту картину, как вы оба заявляетесь в детский сад, и у воспитателя челюсть падает на пол, когда вы представляетесь отцами малыша.

— Ты преувеличиваешь. Давай встретимся и поговорим. Лично.

Лично. Так заманчиво снова оказаться в их объятиях. Быть зажатой между двумя сексуальными дьяволами с крепкими загорелыми телами и ангельски красивыми лицами.

Так, стоп... Возьми себя в руки, размазня, а то уже готова растечься лужицей в ногах двух самодовольных парней, лишь бы снова получить ту порцию удовольствия, что они могут подарить. Жаждут подарить…

— Нет уж. Наедине мы не разговорами будем заниматься. При виде вас обоих у меня теперь мозги плавятся и стекают куда-то в районе трусов. Так легче. Я скажу это здесь и сейчас.

Я была полна решимости порвать с ними раз и навсегда.

— Не делай этого, прошу. За нас обоих.

Знали бы вы, как тяжело мне далось моё решение. Слезы предательски брызнули из глаз, от чего буквы на экране казались размытыми. Но пальцы не дрогнули, набирая заготовленную речь.

— Хватит меня преследовать. Мы не должны больше видеться. Я хочу нормальных отношений, а не вот это всё. Но я не могу выбрать одного из вас и причинить боль другому. Да и не хочу. Пусть дни в том заснеженном домике останутся просто прекрасным воспоминанием. Прощайте.

Откинула телефон в сторону и завыла белугой от безысходности и отчаяния.

Чуть позже, когда я немного успокоилась, всё же прочла их последнее сообщение.

— Мы понимаем и уважаем твой выбор. Но не знаю, сможем ли принять. Чтож, будь по-твоему. Но всё же надеемся, что ты передумаешь. Через год в тот же день на том же самом месте мы будем ждать тебя. Надеюсь за это время ты разберешься с тараканами в своей голове, мы подождём.

*** Год спустя *** Ненавижу это время года. Некоторые магазины ещё не убрали гирлянды после празднования нового года, в то время как остальной город уже во всю украшен ко Дню Святого Валентина. И всё это ужасно контрастирует с белым снежным одеянием, укутавшим город. С каждого окна, с каждой витрины на меня смотрят пухлые малыши-купидоны, распушившие крылья и нацелившиеся своей коварной стрелой прямо в сердца прохожих. Розовое свечение с каждого прилавка, аромат сладостей и шоколада на каждом углу. И сердечки, сердечки, сердечки.... На каждом шагу. Лично мне они больше напоминают маленькие перевёрнутые жопки, нежели человеческие сердца. Или это лишь грустным одиночкам вроде меня вся эта предпраздничная любовная лихорадка с её розово-красной мишурой кажется ужасно пошлой и беспросветно наивной одновременно? Да, я всё ещё одна. Мой принц на белом коне заблудился где-то в лесу. Наверняка какая-нибудь баба-яга приворожила его или взяла в плен. А я всё ещё жду. Но я предпочитаю думать, что я не одинокая, а свободная. Свободная строить карьеру, путешествовать, заниматься любимым хобби... Звучит лучше и не отдаёт ароматом старой девы-кошатницы. Погода в последнее время радует: с неба мягким одеялом стелятся пушистые снежинки, температура для этого времени года на удивление теплая, полное отсутствие ветра добавляет последний штрих к тому, чтобы назвать её просто идеальной. Не то, что суровая февральская метель в прошлом году. — Кать, ты дома? — звоню я подруге, проходя мимо её дома. Кстати тоже одинокой, ой, то есть свободной, в эти праздники. Не обременённой отношениями, что для неё вообще-то не свойственно. — Дома, Машунь, дома. — обречённо вздыхает она в трубку. — Где же мне ещё быть? — Ну всё, тогда точи ножи. Будем готовить твою фирменную окрошку из шампанского с клубникой. Буду у тебя через пятнадцать минут. — заявляю я деловитым тоном. — О-о-о... Это я всегда готова! — приободрилась подруга. Через обозначенные пятнадцать минут стою на пороге её квартиры, отряхивая капюшон от налипшего снега и отстукивая сапоги. — Держи. — протягиваю подружке большой бумажный коричневый пакет, в котором бодро позвякивают стеклянные бутылки с её любимым игристым напитком. — Вот знаешь же, как поднять любимой подруге настроение. — расплылась она в радостной улыбке. Проходим на кухню, разливаем холодное шампанское по бокалам, нарезаем клубнику тонкими ломтиками, надевая их на край бокала в качестве украшения и закуски. После пары бокалов разговор от обсуждения коллег и проблем на работе плавно сам собой переходит на обвинение мужиков во всех бедах человечества. — Нет, ну ты прикинь, Вадик-то мой женился недавно на этой своей "сестрёнке". -- она обозначила кавычки, нарисовав их в воздухе двумя пальцами обеих рук. — Вот кобелина! Зла на него не хватает. И на себя тоже, что потратила столько времени впустую, не распознав в нём обычного козла.