Книга Пышка, ты наказана, страница 6 – Шарлотта Эйзинбург

Спорить с двумя тестостероновыми мужиками, когда на тебе из одежды остались только мокрые плавки и жалкие остатки гордости, было абсолютно бесполезно. Я неловко забралась на гладкий, приятно тёплый чёрный камень. Моя круглая попа оказалась предательски оттопырена вверх, а грудь тяжело качнулась, когда я упёрлась ладонями в мрамор.

Поза была настолько откровенной и пошлой, что у меня загорелись щёки. Но, чёрт возьми, внутри всё скрутило от дикого, извращённого восторга. Я ловила своё отражение в панорамных окнах виллы: пышная, обнажённая девушка на чёрном постаменте в окружении двух шикарных доминантов. Картинка из самого запретного фильма для взрослых.

Кирилл неторопливо обошёл постамент и встал прямо перед моим лицом. В его руках снова оказался тот самый мягкий кожаный ремешок, которым он пугал меня в самом начале. Но он не стал использовать его для порки. Вместо этого он плавно обернул чёрную кожу вокруг моей шеи, словно ошейник, и слегка натянул концы на себя.

— Идеально, — прошептал он, глядя на меня сверху вниз. — Каждой дикой кошке нужен ошейник.

В этот же момент сзади подошёл Артур. Ладонями он обхватил мои бёдра, с силой разминая мягкую плоть. Я почувствовала, как ткань моих плавок натянулась до предела, а затем Артур просто дёрнул за боковые завязки. Вишнёвые лоскутки полетели на пол. Я осталась абсолютно, тотально голой.

Артур шагнул вплотную, прижимаясь своим невероятно твёрдым, горячим членом прямо к моей истекающей соками щели. Его дыхание обдало жаром мою спину.

— Посмотрим, как громко умеет мурлыкать моя новая пантера, — низко прорычал Артур.

Он перехватил меня за талию железной хваткой, а Кирилл дёрнул за кожаный ремешок, заставляя меня прогнуться в пояснице до предела.

Ох, вот это я попала…

Мой внутренний голос, который обычно отвечал за мораль, скромность и правила приличия, тихонько собрал чемоданы и сбежал куда-то в сторону леса. Осталась только чистая, животная жажда и дикое предвкушение. Я стояла на четвереньках на чёрном мраморе, чувствуя себя главной героиней самого дорогого и запретного фильма.

Кирилл стоял прямо передо мной. Его карие глаза потемнели до цвета крепкого эспрессо, а на губах играла та самая хищная ухмылка, от которой у меня по спине бегали не просто мурашки, а целые стада взбесившихся бизонов. Не отрывая от меня своего животного взгляда, он небрежным, уверенным движением стянул с себя плавательные шорты.

Мамочки. Я, конечно, подозревала, что армейский друг моего бывшего отчима — мужчина во всех смыслах выдающийся, но реальность превзошла даже мои самые смелые, спрятанные глубоко под подушкой фантазии. Его достоинство было внушительным, тяжёлым, налитым сталью и уже полностью готовым к бою. И, судя по тому, как Кирилл слегка натянул кожаный ремешок на моей шее, заставляя меня податься вперёд, моя «отработка долга» переходила в самую активную фазу.

— Ну что, разрушительница прекрасного, — бархатисто, с лёгкой хрипотцой произнёс он. — Пора платить по счетам. Открывай ротик.

Спорить мне совершенно не хотелось. Да и как тут поспоришь, когда твоё тело буквально вибрирует от желания? Я послушно потянулась к нему, обхватив ладонями его крепкие, покрытые лёгким загаром и брутальными татуировками бёдра. И, приоткрыв губы, сначала просто, дразняще провела кончиком языка по чувствительной головке, слизывая прозрачную, солоноватую капельку.