Книга Пышка и демон. Семь желаний, страница 9 – Рэй Харт

— Это оно, — прошептала Ева, игриво сверкнув васильковыми глазами. Эту цветастую юбку она купила несколько лет назад под влиянием минутного порыва. Дома примерила ещё раз и поняла, что на людях в таком виде не появится никогда.

Надела её немедленно, подвязала пояс, наверх набросила белую майку. Плечи видны, руки открыты. Ева ненавидела свои руки. Они всю жизнь казались ей слишком крупными, для её фигуры. Девушка надеялась, что Вадик увидит эти плечи и решит, что она слишком мускулистая, слишком неженственная, и сбежит в праведном ужасе.

Волосы она собрала в высокий пучок — так, что торчали все нечёсаные пряди. Взяла красную помаду. Неаккуратно мазнула по губам, криво растушевала, и довольно взглянула в зеркало.

Перед ней стояла цыганка с местного рынка. Только золотых цепей не хватало и платка. Не безнадёжно, но достаточно странно, чтобы отбить желание искать в ней хорошую невесту.

— Эй, милок, — игриво бросила Ева своему отражению, — позолоти ручку, я тебе погадаю. Вижу, вижу, скоро умрёшь со скуки рядом со мной! Или наберёшь двадцать лишних килограмм.

Она расхохоталась, представив лицо Вадика.

Внезапно в прихожей раздался стук. Три коротких.

Тук-Тук-Тук.

«Чёрт! Они уже здесь!»

Смех мгновенно пропал. Ева засуетилась. Сердце ни с того ни с сего взволнованно забилось. Она посмотрела на приоткрытую дверь комнаты. Если сейчас не закрыть — гости увидят её алтарь. Если не выйти к ним — бабушка выломает дверь. Нина Ивановна и не на такое способна.

— Ева! — донёсся бабушкин голос из коридора. — Выходи, гости пришли!

— Сейчас! — пискнула Ева.

Она лихорадочно оглядела комнату и схватила духи. Первый попавшийся флакон — сладкий, приторный, с ароматом карамели и ванили, который она ненавидела, но когда-то купила по акции и не решалась выбросить. Вот и настал их звёздный час. Щедро брызнула на себя, потом ещё раз, на шею, на запястья. Ещё можно было остановиться. Но скоро в комнате стало пахнуть, как в парфюмерном магазине во время землетрясения.

— Фу, ну и вонища, — выпалила Ева, кашляя.

Открыла шире дверь, гордо шагнула в коридор. И застыла как вкопанная.

Вадик и его бабушка Вера Ивановна уже стояли в прихожей. Гостья снимала лёгкое пальто. Мужчина рядом с ней аккуратно поставил на тумбу коробку с тортом. Ева невольно задержала на нём взгляд.

Совсем не такой, каким она успела его представить. Вадик оказался не таким высоким, как Костя, но выше Евы, шатен, с обычной короткой стрижкой, смущённой улыбкой и серыми глазами. Он выглядел чертовски мило и уютно. Без показной уверенности и самодовольной улыбки.

И тут Ева поняла, что её наряд — это полный провал. На фоне Вадика в простой рубашке она выглядела как клоун. Или как продавщица с рынка, сбежавшая от прилавка за разменом.

Вера Ивановна, очень интеллигентная, седовласая женщина в строгом сером платье, приподняла брови. Нина Ивановна, стоящая рядом с ней, звонко хлопнула себя по лбу. Они обе уставились на Еву. Вадик поднял голову и улыбнулся:

— Здравствуйте. Я Вадим.

Ева почувствовала, как её лицо заливает краска. Она не знала, куда девать глаза. Жгучий стыд обжёг её изнутри.

— Здравствуйте, — выдавила она, стараясь улыбнуться, но улыбка вышла такой же фальшивой, как её наряд. — Проходите к столу, пожалуйста.