Книга Расколотое море, страница 97 – Кэтрин Коулc

— Дело не в тебе, — произнесла она так тихо, что я едва расслышала.

— А выглядело именно так.

— Нет. Она больна. Я не понимала, насколько все плохо, пока не вернулась домой.

Серена сглотнула, и ее глаза покраснели.

— Она до сих пор хранит комнату Джейса точно такой, какой она была. Иногда говорит о нем так, будто он еще жив. Когда я попыталась поговорить с папой о более серьезном лечении, он сорвался. А от Джекса никакой помощи. Он почти поддерживает ее заблуждения, потому что думает, будто этим помогает.

Я действовала не раздумывая. Взяла Серену за руку и сжала ее.

— Мне так жаль, Сер.

Я не называла ее так много лет. Раньше это ласковое имя слетало с языка так легко.

По ее щеке скользнула слеза.

— Я не знаю, что делать. У меня нет права голоса. Я потеряла его, когда так долго держалась подальше. Джекс был прав: я не хотела ничего чувствовать. Но меня еще и не было рядом с семьей, когда я была им нужнее всего.

— Ты горевала. В таком состоянии никто из нас не принимает правильных решений. Но теперь ты здесь. Только это имеет значение.

Слез стало больше.

— Я ненавижу ту, в кого превратилась, Лейк. Словно я решила: если надену эту маску, то перестану быть девушкой, потерявшей брата. Мне не придется чувствовать эту боль.

Я обняла Серену, притянула к себе и вцепилась изо всех сил. Будто этот проблеск девушки, которую я так любила, мог исчезнуть, если я ее отпущу.

— Это вполне понятно. Но боль нельзя похоронить. Она все равно вырывается наружу, только иначе.

— Например, превращая меня в конченую суку.

Я невольно рассмеялась.

— Может, совсем немного.

Я отпустила Серену, но продолжила держать ее за руки.

— Я скучала по тебе.

— Я тоже скучала. Просто… я не могла…

— Тебе не нужно ничего объяснять. Давай обе проявим друг к другу немного снисхождения и начнем сначала?

Серена прерывисто выдохнула.

— Я бы хотела. Я так испугалась, когда услышала, что в вас стреляли.

Ее глаза снова заблестели.

— Я не хочу потерять и тебя.

Я снова обняла ее.

— Не потеряешь.

Она кивнула, уткнувшись мне в плечо, и я отпустила ее, напоследок еще раз крепко сжав.

Адди торопливо вытерла слезы.

— Простите, — пробормотала она. — Гормоны.

Серена рассмеялась.

— Сегодня мы все просто ходячие бедствия, да?

— Зато вместе.

Тень скользнула по лицу Серены.

— Нужно что-то делать с мамой. Я очень переживаю.

— Может, поговорим с Джилли? — предложила я.

Она явно понимала, насколько опасным стало состояние Кей.

Серена прикусила губу.

— Джилли любит маму больше всего на свете. Но она боится слишком на нее давить. Сделать что-то, что причинит боль, а не поможет.

Я понимала этот страх, но нельзя было позволить ему нас остановить.

— Хорошо. Для начала позвоним психиатру Кей. Он не сможет рассказать ничего о ее лечении, но должен выслушать наши опасения. Может, если именно он предложит более серьезную помощь, твой отец и Джилли прислушаются.

— Хорошая мысль. Папа слушает врача. Сегодня вечером я найду его номер в маминой записной книжке.

Я сжала колено Серены.

— Ты не одна. Я помогу всем, чем смогу.

Ее дыхание сбилось, когда она попыталась подавить всхлип.

— Спасибо. Я знаю, что не заслуживаю этого. Но все равно спасибо.

Над дверью звякнул колокольчик, и Адди поспешно поднялась.

— Я разберусь, кто там.