Книга Расколотое море, страница 64 – Кэтрин Коулc

Мой желудок ответил громким урчанием.

— Сочту это за согласие. Что будешь пить? Вино, воду, газировку?

— Газировку.

Боуден подошел к холодильнику и открыл его.

— Колу или спрайт?

— Колу, пожалуйста. Чем помочь?

— Достань тарелки из того шкафа.

Он кивнул влево.

Мы двигались в неловком, но все же согласованном ритме. Получалось неплохо, хотя привычки не было, а из-за нервов мои движения выходили резкими.

Когда Боуден открыл духовку, у меня отвисла челюсть.

— Сколько человек ты собираешься кормить?

Он слегка смутился.

— Хотел убедиться, что среди всего этого найдется то, что тебе понравится.

— Меня радует любая еда, где сочетаются сыр и углеводы.

— Тогда здесь тебе точно есть из чего выбрать.

Мягко говоря. Там были чесночный хлеб, салат, баклажаны с пармезаном, курица с пармезаном, равиоли и фетучини с соусом альфредо.

— Ты будешь месяц доедать остатки.

— Не самая тяжелая участь.

Я осторожно опустилась на стул за обеденным столом, который накрыл Боуден.

— Я люблю остатки.

Его взгляд проследил за тем, как я сажусь.

— Тебе удобно? Принести другой стул? Или подушку?

От его заботы внутри разлилось тепло.

— Все хорошо. Мне просто нужна спинка для опоры.

Он кивнул, но не выглядел полностью убежденным.

— Как прошел день?

Мои щеки вспыхнули. Вопрос звучал так, словно мы были женатой парой. Но Боуден не заметил ничего странного.

— Хорошо. Хотя хлопья пришлось есть одному.

Я заерзала на стуле и потянулась за чесночным хлебом.

— Уверена, ты пережил эту трагедию.

— Едва. Утро провел, наблюдая, как Рэмси работает с новой кобылой.

— До сих пор не могу поверить, что он впустил тебя в свой мир.

Боуден положил на тарелку несколько видов пасты.

— «Впустил» — слишком громко сказано. Скорее, терпит.

— Это уже больше, чем он позволял кому-либо, кроме Лор.

Боуден на мгновение замолчал, будто подбирая слова.

— Вообще-то он сказал, что ты можешь пожить здесь, если захочешь.

— На его ранчо?

— В моем домике. Здесь есть свободная спальня. Место уединенное. Насколько я понял, охрана хорошая. И ты не будешь одна.

— Ты хочешь, чтобы я переехала сюда? К тебе?

Голос прозвучал выше, чем хотелось.

Боуден озорно усмехнулся.

— Ты уже обещала выйти за меня ради пирожных. Что нам стоит еще и стать соседями?

Ужасная идея. Худшая из возможных. И все же часть меня мечтала спрятаться вместе с Боуденом в этом уютном домике и отгородиться от всего мира.

— Я не могу.

— Не можешь или не хочешь?

— Честно? И то и другое. Сейчас моя жизнь устроена хорошо. Все так, как мне нужно. Так, как нравится. К тому же мы даже не знаем наверняка, связаны ли эти смерти с преступлением.

Все это было правдой. Но я сомневалась, что случившееся можно объяснить простым совпадением.

— Ненавижу мысль, что ты одна в той квартире.

— Я не одна. У меня есть Гизмо.

Боуден посмотрел на наших собак, свернувшихся вместе на лежанке.

— Свирепый защитник.

Уголки моих губ дрогнули.

— Он хорошо предупреждает об опасности. Лает очень громко.

— Наверное, это лучше, чем ничего.

— Я говорила с Хейзом. Патрульные регулярно проезжают мимо галереи.

Боуден отпил газировки.

— Но ничего нового он не нашел.

Я покачала головой.

— Мы говорили прямо перед тем, как я поехала сюда. Результатов анализов пока нет. Надеюсь, будут в понедельник. — Я отщипнула уголок хлеба. — Завтра прощание с Лисбет. Хейз сказал, там будут сотрудники в штатском. Они станут наблюдать и делать снимки.