Книга Разбитое небо, страница 94 – Кэтрин Коулc

Молчание Хейза заставило меня поднять взгляд.

На его лице мелькнуло беспокойство, но он тут же снова спрятал его за маской.

— Это Август Эрнст. Бывший сокамерник Ховарда Кемпера.

— Ты точно уверен? — спросила Шайло, снова прикусывая щеку изнутри.

Я не мог отрицать, что мышцы сводило от напряжения, но отступать не собирался.

— Уверен.

Она посмотрела в сторону главных ворот.

— У тебя ведь и так есть система безопасности.

Неплохая. Но не лучшая. Друг Беккета, Холт, заверил его, что знает человека, который сможет обеспечить нам самое надежное оборудование.

— Я давно хотел усилить защиту. Посмотрел информацию о компании Холта. Он знает свое дело. И сказал, что привезет друга, который разбирается во всех технических тонкостях систем безопасности.

Шайло замолчала, обводя взглядом ранчо. В конце концов ее глаза остановились на Оникс. После вчерашней встречи с Иэном и Августом она больше не хотела об этом говорить. Вместо этого полностью ушла в работу с кобылой. Укрепляла их связь, дарила ей понимание и показывала, что та не одна.

Вчера вечером я не давил на Шайло. Просто держал ее в объятиях на диване, пока мы смотрели на языки пламени в камине. И изо всех сил старался не показывать, как сильно волнуюсь.

Но одного того, что я согласился впустить на свою территорию незнакомцев, было достаточно, чтобы понять: страх уже въелся глубоко внутрь. Ужас от мысли, что кто-то доберется до Шайло, когда меня не будет рядом.

Она редко уезжала с моего ранчо. Обычно только к семье или в магазин. Теперь одна она никуда не поедет.

А если мне удастся превратить ранчо в крепость, тот, кто стоит за всем этим, не получит ни единого шанса подобраться к Шайло.

После двух нападений за сутки я не собирался рисковать.

Я подошел к ней. Желание обнять оказалось слишком сильным, и я перестал ему сопротивляться.

В моих руках Шайло казалась чертовски маленькой. Хрупкой.

Но я знал, что это лишь иллюзия. В ней были огонь и сталь. И мне приходилось постоянно себе об этом напоминать.

Я едва коснулся губами ее волос.

— Я ради тебя на все готов.

Она тяжело сглотнула.

— Но тебе не должно приходиться все это делать. Я могу вернуться на ранчо к семье, если так будет проще…

Я крепче обнял ее, не дав договорить. Потом заставил себя ослабить хватку и наклонил голову, всматриваясь в ее лицо.

— Ты хочешь вернуться?

Я не смог сказать «домой».

Потому что для меня ее дом был здесь.

Со мной.

На ее лице смешалось столько эмоций.

— Нет. Но я не хочу быть для тебя обузой.

Я убрал волосы с ее лица, отчаянно желая ее поцеловать.

— Ты никогда не станешь для меня обузой.

Шайло привстала на носочки и коснулась моих губ своими. Поцелуй был невесомым, но меня все равно обдало жаром. Тело мгновенно напряглось.

Она сжала пальцами мою фланелевую рубашку, а потом опустилась на пятки.

— Спасибо. Я знаю, тебе нелегко. Но я не хочу уезжать. А это хоть немного успокоит мою семью.

— И меня тоже.

Шайло закатила глаза.

— Мне не нужна навороченная система безопасности. У меня есть Кай.

Услышав свое имя, пес навострил уши и прижался к ее боку. Видимо, чувствовал наше беспокойство, потому что и вчера, и сегодня ни на шаг от нее не отходил. Никаких прогулок по округе и охоты на кроликов. Он прилип к Шайло намертво.

— Это тоже помогает.