Книга Разбитое небо, страница 143 – Кэтрин Коулc

Я сжала ее руку.

— Люблю тебя.

— И я тебя люблю. Сильнее, чем ты когда-нибудь сможешь представить.

В коридоре раздались голоса, а через несколько секунд в моей палате воцарился настоящий хаос. Я едва успевала отвечать на осторожные объятия и признания в любви. Но один человек все это время держался в стороне.

Эверли нервно заламывала руки, наблюдая за толпой вокруг меня. Я поманила ее к себе, и она тяжело сглотнула. Все расступились, пропуская ее.

Я посмотрела на нее как можно строже.

— Эв, если ты хоть в чем-то винишь себя, я чертовски разозлюсь.

Ее губы дрогнули, но напряжение вокруг глаз никуда не исчезло.

— Можно хотя бы сказать, как мне жаль, что все это случилось?

— Можно.

Я притянула ее к себе, не обращая внимания на то, как натянулись швы.

— Лучшей сестры для нашей семьи я и пожелать не могла.

— Я все слышала! — крикнула Хэдли.

— Моей любимой сестры, — театральным шепотом уточнила я.

Эверли не удержалась от смеха и крепче обняла меня.

— Я люблю тебя, Шай. И не представляешь, как горжусь тем, что стала частью этой семьи.

— Даже несмотря на то, что куда бы мы ни пришли, за нами тянется хаос? — спросила Хэдли.

Эверли улыбнулась и выпрямилась.

— Даже несмотря на это.

Беккет усмехнулся и указал на меня.

— Но эта вообще вышла на новый уровень. Разозлить человека настолько, чтобы он тебя пырнул ножом?

Я пожала плечами.

— Мне нужно было как-то избавиться от ножа.

Все дружно застонали.

Я подняла взгляд на ониксовые глаза, с которых для меня все началось.

— А еще я знала, что он поймает меня, когда я упаду.

Адди всхлипнула.

— Даже не вздумай заставлять меня плакать. Если начну, уже не остановлюсь.

Беккет рассмеялся и обнял жену за плечи.

— Какое нежное сердечко.

— Это гормоны. — Она вытерла глаза.

Беккет уткнулся носом ей в шею.

— Ну конечно.

Папа пробрался через переполненную палату ко мне.

— Люблю тебя. И больше никогда не смей со мной так поступать.

Я наклонилась и поцеловала его в щеку.

— Рэмси сказал примерно то же самое.

— Я знал, что он мне нравится.

От этих слов внутри разлилось тепло. Рэмси стал частью нашей сумасшедшей семьи, хотел он того или нет.

И именно это ему было нужно.

Папа протянул ему руку.

— Спасибо, что сделал все возможное, чтобы спасти ее.

Рэмси тяжело сглотнул.

— Я ради нее на все пойду.

— Знаю. Поэтому ты мне и нравишься.

— Эй, народ, — позвал Хейз.

Все повернулись к нему.

— Может, освободим палату на пару минут? Тут двое мальчишек очень хотят увидеть Шайло и Рэмси.

Сердце сжалось.

— Эйдан и Эллиот здесь?

Хейз улыбнулся.

— Пришли сегодня с самого утра. И наотрез отказались ехать домой с Миллерами, пока ты не очнешься.

Глаза снова наполнились слезами. Рэмси наклонился и стер их с моих щек.

— Не давай им увидеть, что ты плачешь.

— Ничего страшного, если увидят. Тогда поймут, как сильно я по ним скучала.

Именно их мне и не хватало для полного счастья.

— Мы еще вернемся, — прошептала мама и снова поцеловала меня.

Моя семья один за другим вышла из палаты, а я едва не подпрыгивала на кровати от нетерпения.

Рэмси зарычал:

— Не дергай швы.

Я показала ему язык.

— Я счастлива.

Он покачал головой, но крепко меня поцеловал.

— Люблю тебя.

— А я тебя сильнее.

В дверях кто-то прочистил горло, и я отстранилась от Рэмси. Там стоял Хейз с Эйданом и Эллиотом.