Книга Рубашка, страница 44 – Николай Куценко

Он нежно поцеловал ее, снял с вешалки пальто и направился к выходу.

— Ты куда? – спросила Аня.

— За вещами. Вечером увидимся.

Через мгновение дверь за ним захлопнулась. Аня осталась одна.

Маша на кухне готовила ужин. На столе уже были расставлены тарелки и легкие закуски. В коридоре пахло жареной рыбой. Максим снял пальто, вымыл руки и, не заходя на кухню, пошел в гостиную собирать свои вещи. Он вытащил из шкафа большой кожаный чемодан, с которым ездил в командировки, и аккуратно сложил туда сначала костюмы, потом свитера и джинсы, а затем все свое нижнее белье. Маша по-прежнему возилась на кухне и, казалось, даже не заметила прихода мужа.

В коридоре зазвонил телефон. Громко и надрывно, так, что у Максима зазвенело в висках. Он хлопнул крышкой чемодана, вскочил на ноги и кинулся в коридор. Его сердце колотилось. Дрожащими руками он схватил трубку.

— Да? Кто это? – грубо спросил он.

— Ты уже поговорил с ней? – нежно поинтересовалась Аня. – Мне ждать тебя сегодня?

Максим посмотрел в коридор и увидел слегка напуганную Машу. Она только поняла, что муж уже дома, но почему-то все еще в одежде. А главное, в ботинках. Ходит в них по квартире, как по улице. Словно и не раздевался вовсе.

— Нет, вы не туда попали! – нервно ответил Максим и положил трубку.

Телефон зазвонил снова. Его звук проходил через все тело Максима, проникая в самые дальние его уголки. Ему вдруг стало страшно. Он посмотрел на свои руки: их словно сковало морозом. Тонкие длинные пальцы от напряжения скривились, побелели и мелко дрожали.

— Что с тобой, Максим? Что случилось? – испуганно спросила Маша.

Максим сжался. К горлу подкатил непонятный ком горечи. На шее проступили красные некрасивые пятна. На лбу мелкие капли пота.

— Тебе плохо, дорогой? – Маша не понимала, что происходит с мужем. – Ты заболел?

Собрав все силы, он вдруг прохрипел. Каждое слово выходило с огромным трудом.

— Мне надо уйти, Маша. Навсегда… Я так не могу больше.

— К ней?

— Да, к ней, я люблю ее. Всегда любил! Так больше продолжать я не хочу!

Маша стояла и молча смотрела на него. Из ее больших глаз покатились слезы, размывая тушь. Она закрыла лицо ладонями и громко зарыдала.

— Не плачь, не надо! Просто так будет правильно. Для обоих! И ты свою жизнь по-другому начнешь!

Маша все так же стояла на месте и громко рыдала. Ее тоненькие руки и маленькое невинное личико вызвали у Максима приступ глубокой тоски и разочарования. Он метался. Не знал, что делать. Ему вдруг самому захотелось плакать, захотелось обнять Машу и выкинуть этот чертов чемодан. Позвонить Ане и сказать, что он не приедет ни сегодня, ни завтра. Что он вообще никогда к ней не приедет. Затем поехать в институт и уволиться.

Однако решение было принято, он должен уйти. Да, ему страшно. Он боится неизвестности, он всего уже боится. Но отступать поздно. Он развернулся и пошел в гостиную.

Чемодан все так же одиноко лежал на полу, полуоткрытый. Максим закрыл замки, поднял чемодан и вышел в коридор.

Рядом с входной дверью стояла Маша и что-то держала в дрожащей тонкой руке. Максим присмотрелся. Это был обычный кухонный нож с маленькими зубчиками. Лицо Маши было заплаканным, губы кривились, тушь размазалась по лицу.

— Не пущу тебя! – сказала она и снова зарыдала. – Я ее терпела и буду терпеть. Но ты к ней не уйдешь. Я не дам ей разрушить мою семью!