Книга Контрольный выстрел, страница 71 – Ю Несбе

Снаружи — в скользящем свете нескольких синих мигалок на крышах машин — она увидела мужчину и женщину в светоотражающих жилетах: они появились на короткой подъездной дороге, неся носилки, а затем задвинули их в машину скорой помощи.

— Что случилось потом? — спросил тот, кого звали Харри. Он сидел на пассажирском сиденье, повернувшись к Теа и полицейской в штатском.

— Антон завёл машину, и тогда этот… человек разбил стекло пистолетом. И… и… — Теа закрыла лицо руками. Абсурдная, посторонняя мысль прорвалась наружу: как бы она хотела, чтобы именно сейчас они снимали ту сцену плача, которой она так боялась, где ей сообщают о погибшем лётчике.

— Голова Антона частично заслоняла мне пистолет, так что я не видела дула, когда он выстрелил, — всхлипнула она. — Я только увидела, как сбоку из пистолета вырвался язык пламени, а потом грохнуло… ужасно громко. И потом… — Она указала на своё лицо и верхнюю часть тела, хотя криминалисты уже удалили с неё кровь и бог знает что ещё. Они также осмотрели её руки и забрали свитер, не объяснив зачем; лишь сказали, что вернут. Как будто она когда-нибудь снова его наденет.

— М-м. Преступник застрелил Антона Вама, а потом сразу убежал?

— Да. Или засеменил.

— Засеменил?

— Ну… как в песенке про лису, которая бежит по льду, знаете.

— Он шёл мелкими шагами, ты это имеешь в виду? — спросила женщина.

— Да. — Теа издала слабый короткий смешок. — Там был лёд, наверное, поэтому я так сказала. Он же нёс камеру, не хотел упасть.

— М-м. Значит, перед тем как уйти, он ничего не подбирал с земли или из машины, например гильзу?

— Нет.

— И не направлял пистолет на тебя?

— Нет.

— Был ли какой-то момент, когда тебе казалось, что он хочет выстрелить и в тебя?

— Да, конечно. Антон прямо перед этим сказал что-то… что он убьёт меня.

— Он имел это в виду?

Она покачала головой.

— Не знаю. Я думала, он шутит, но он сказал, что нет.

— Ты думаешь, Вам и стрелявший договорились, что убить должны тебя?

— Нет, я… — Она закрыла лицо руками. — Я ничего не думаю, в этом же нет никакого смысла — чтобы Антон хотел моей смерти.

— Почему, как ты думаешь, убили только Вама?

— Мужчина… может быть, испугался, увидев, что сделал. Или у него было мало времени, он подумал, что кто-то услышал выстрел.

— У тебя было такое ощущение?

Теа прислушалась к себе.

— Нет, не совсем.

— М-м. — Мужчина на переднем сиденье посмотрел в блокнот. — Ты дала нам описание и сказала, что не узнала преступника. Даже если это мог быть кто-то, кого ты видела раньше, в этом нет ничего странного: он был в маске и двигался не своей обычной походкой, а… да, семенил. Но есть ли хоть что-нибудь, самая малая деталь, которая заставила тебя подумать о ком-то? Я спрашиваю потому, что наше подсознание часто замечает то, что мы автоматически отвергаем, поскольку это не совпадает с тем, что мы считаем разумным.

Теа прислушалась к себе. Покачала головой.

— Ничего, — сказала она. — Правда ничего. Только…

— Да?

— Я забыла сказать: у него был символ внизу на капюшоне, на груди. Там был крест.

— Крест?

— Да. Крест в круге.

— Как у Ку-клукс-клана?

— Да. И нет. Он красный, разве нет? А этот был белый. Как мишень.

Харри кивнул Теа и посмотрел на полицейскую, которая положила ей руку на плечо.

— Мы отвезём тебя домой, Теа. Хорошо бы, чтобы сегодня ночью с тобой кто-нибудь побыл. Если хочешь поговорить с психологом — а я советую, — мы устроим это к завтрашнему утру.