Книга Контрольный выстрел, страница 6 – Ю Несбе

— Нашли возможное орудие убийства?

— Нет.

— Можно осмотреться?

— Держись у стен и ничего не трогай.

Олег вздохнул и кивнул на поднятые вверх ладони в латексных перчатках. Криминалисты держали руки так, чтобы случайно ни до чего не дотронуться — например, не почесать щёку, а потом не оставить собственную ДНК на предмете с места преступления.

— Ладно, ладно, — сказал криминалист. — Я говорю это всем новичкам.

Квартира располагалась на верхнем этаже, с видом на Бьёрвику и холм Экеберг, и была просторнее обычных квартир в старых домах восточной части города. Обстановка, мебель и картины на стенах указывали на то, что покойный много путешествовал. На письменном столе сидел Будда с загадочной улыбкой и закрытыми глазами.

Невелика от него помощь, — подумал Олег и направился на кухню.

Там слабо пахло Таиландом. Лемонграссом, галангалом, кокосовым молоком, кориандром. Они с Хельгой провели там медовый месяц и привезли домой воспоминания и рецепты. В особые вечера Олег готовил тайские блюда и неплохо в этом преуспел. Но после рождения Олава Хельга сказала, что острые специи вредны ребёнку, которого она кормила грудью, и с тайской едой они покончили. И не только с ней.

Олег прошёл по остальным комнатам. Аккуратные детские.

В спальне у шкафа, за застеленной двуспальной кроватью, криминалист фотографировал одежду, подсвечивая её фонарём. Должно быть, Олег выглядел озадаченным, потому что тот без предисловий объяснил по-шведски:

— Камера снимает в инфракрасном свете. Показывает пятна крови и следы пороха, которых глаз не видит. Ты из оперативников?

— Да. Олег Фёуке.

Он машинально протянул руку, но быстро отдёрнул её, когда криминалист лишь замер и посмотрел на него.

— Извини, — сказал Олег, надеясь, что не покраснел.

— Ничего. Ты, похоже, новенький.

Олег кивнул.

— Я Эдди Юнассон, шведская сволочь из криминалистической службы.

Они перекинулись несколькими словами, и Олег отправился в ванную. На зеркале не было следов зубной пасты, как у них с Хельгой.

— Фёуке?

Стоявший в дверях мужчина был ровесником Олега. На нём были широкие джинсы с высокой талией, модная куртка-бомбер и белые кроссовки с короткими носками — несмотря на немалый мороз снаружи.

Олег не знал, почему все сотрудники дежурной криминальной службы будто одевались как молодёжь из богатого Вестканта. Возможно, это была внутренняя шутка, которую ему пока не объяснили.

— Жена с детьми сидят у соседей. Хочешь поговорить с ними?

Олег задумался, глядя в зеркало над раковиной. Тёмные волосы и карие глаза достались ему от матери, Ракель Фёуке. Возможно, поэтому всякий раз в зеркале он видел её. Или искал её. Не проходило ни дня, чтобы он не думал о ней. Тоска, которая, как он полагал, должна была со временем ослабнуть, будто лишь усиливалась.

Прежде чем войти к людям, только что потерявшим близкого, он должен был отодвинуть собственное горе. Сочувствие не поможет найти убийцу человека, лежавшего в кабинете, а утешением пусть занимается священник.

Всему этому его научил Харри. И всё же Олег знал: чем более замкнутым и холодным становилось бледное лицо Харри, чем сильнее гас голубой взгляд, тем яростнее бушевали внутри чувства и скорбь.

Сам Олег пережил смерть матери и сумел жить дальше. Возможно, потому, что обзавёлся собственной семьёй; возможно, так устроила нас эволюция.