Книга Сердце мира, страница 176 – Рия Альв

Ни на Великого Лорда Сторградского Руэйдхри, ни на Леди Хелл Флеймсток, ни на учителя Фэя Нордвинда она, Фриг Флеймсток, хранительница священного барьера, совершенно не желала смотреть. Если подумать, даже для большого читального зала библиотеки здесь собралось многовато важных особ. И почему-то все эти важные особы разом решили ополчиться на Фриг.

— Я просто не понимаю, – Фриг махнула рукой куда-то в сторону отца, будто намеревалась отогнать от себя его недовольство, – вы правда хотите вывезти меня из города сейчас? Хранительницу барьера? Именно в тот момент, когда разломы упираются в наши стены, когда жители боятся выходить из домов? Я должна быть здесь!

— Не время для жертвенного геройства, – сказал отец, и Фриг все же обернулась, встретила его взгляд своим.

— Я думала, жертвенность – наша фамильная черта.

Потому Леди Андрейст, бывшая первой правительницей Сторграда, занимала пост очень недолго, умерев в бою с остатками порождений Моркета. Потому ни один Флеймсток – ни один за все поколения – не умер своей смертью от старости. Флеймстоки все в этом, в героизме от начала и до конца. Они прожигают себе дорогу к цели, они освещают другим путь, они сгорают в собственном огне, едва успев понять, что победили.

— Возможно, черта Флеймстоков, но не моя.

Фриг не удержалась от усмешки. Потому что нет. Как бы отец ни пытался отрицать это, героизм – та черта, за которой они стоят вместе. Бок о бок. Героизм и жертвенность делают из отца настоящего Флеймстока. Они никогда не говорили об этом, никогда не поднимали темы, но Фриг прекрасно знала – чтобы этот город цвел, как и раньше, отец принес ему в жертву свою жизнь. Свою лучшую жизнь, которой у него никогда не будет.

Он должен ненавидеть Сторград. Быть может, отец каждый день просыпается с желанием разрушить здесь все. И каждый раз любовь к этому городу оказывается немного сильнее.

— Моя связь с барьером прочнее, когда я рядом. – Фриг продолжала держать оборону. Потому что, о да, если вы все забыли, она в этом весьма хороша. – Чем дальше я от создающей его пентаграммы, тем он слабее.

— Во-первых, – Леди Хелл пошла в атаку, – мы не собираемся увозить тебя на другой конец света. Мы отправим тебя в Старую столицу.

Старая столица – развалины города, некогда бывшего центром империи Ортрис. После войны и основания Сторграда ее, разрушенную войной, забросили. Поддерживали лишь как объект культуры. Город-призрак. Мрачное напоминание о минувшем и том, что войны не несут ничего, кроме горя и разрушения.

— Чудно. Старые развалины – лучшая защита. – Фриг скрестила руки на груди. Она была не впечатлена.

— Но тем не менее их защитные формулы все еще работают. Они создавались как для защиты от магии, так и для защиты от Моркета, они даже крепче тех, которые успели создать мы. – Леди Хелл была не намерена так просто сдаваться. Что ж, мама всегда была достойной соперницей.

— Хорошо, допустим, я буду в безопасности и смогу поддерживать барьер так же эффективно, – поддалась Фриг, хотя совершенно была с этим не согласна. – Но разве вид хранительницы барьера, бегущей из города… ну, не знаю, не ввергнет людей в отчаяние?

— Никто не говорил о бегстве, – поправил ее отец, – ты лишь меняешь точку обороны.

— О да, именно так люди и решат, – саркастично усмехнулась Фриг.