Книга Компас и клинок, страница 99 – Рейчел Гринлоу

Я убираю все за пазуху, и острая тянущая боль испаряется, оставляя по себе болезненное тепло, как затишье после бури. Я слышу в коридоре лихорадочные выстрелы и резко оборачиваюсь – надеюсь, это не опоенная Перл команда начала просыпаться.

— Уже уходишь?

Я вздрагиваю от неожиданности, и дверь захлопывается. Сет выходит из укрытия за дверью в полосу зыбкого лунного света. Он опускает плечи, засовывает руки в карманы; рукава закатаны выше локтей. Рубашка застегнута только наполовину, как будто он оделся второпях в темноте. Я встречаюсь с Сетом взглядом, но глаз он уже не отводит.

— Я не могу оставить карту вам, – говорю я. – Ты же знаешь.

— Тебя мне тоже, видимо, не удержать. Свой выбор ты сделала.

Я моргаю и перевожу взгляд с металлического обрезка у Сета в руках на дверь у него за спиной. Рассчитываю свои шансы, если он меня не захочет пропустить.

— Я тебе не вещь. И мне здесь не место.

Он горько смеется и подходит ближе. Разделяет нас теперь только стол. Дыхание мое сбивается, словно закручивается в узел, который все затягивается, сантиметр за сантиметром…

— Ты даже не пытаешься понять. Сама же знаешь, я не хотел тебя предавать. Если начистоту, я даже не хотел отпускать тебя в могильник сирен. И не стоило. Стоило просто… – Он мотает головой, но намерений своих не выдает.

Я улавливаю на его лице следы глубокого сожаления. Но он перегораживает мне выход. И я крепче хватаюсь за клинок. Дело не в том, что он хочет меня удержать. А в том, что он лишится карты и мать ополчится уже на него. Наверняка так и есть. Но, как его ни жаль, это не помешает мне сбежать с корабля, чтобы спасти отца, с маминым наследием за пазухой.

— Сет, не стой у меня на пути.

Он вытаскивает руки из карманов и, наклонившись, достает закрепленный у ботинка клинок. Кладет его на стол и, не отрывая от меня взгляда, поднимает руки в знак того, что он безоружен.

— Останавливать не буду. Просто хотел поговорить, пока ты не ушла. Может, это последний раз, когда… В общем, я просто хотел как полагается извиниться. Ты не представляешь, как мне жаль, что между нами все так сложилось.

Я безрадостно усмехаюсь и обхожу стол.

— Опять твои уловки? Я уже не понимаю, где кончается ложь и начинаешься ты.

— Это все чистая правда.

— Сильно сомневаюсь.

Он опускает взгляд, и кудри падают на острые скулы, грудь на вдохе резко вздымается и опадает. Лоб прорезает хмурая складка, как будто он напрягается изо всех сил.

— Той ночью в звездной колыбели мне… Так хотелось, чтобы этот момент никогда не кончался.

Во рту пересыхает, сердце заходится. Наконец он со мной откровенен. В его словах я чувствую правду.

— Мне тоже.

Я кладу клинок Агнес на стол, и в глухой тишине каюты раздается стук металла о дерево. Сет медленно поднимает на меня взгляд и сглатывает. Я выжидаю, затаив дыхание, в надежде услышать что-то еще. Такое же настоящее.

— Если я тебя сейчас отпущу, второй такой ночи нам уже не видать, – мягко говорит он. – Мать пошлет погоню, затравит тебя ради карты. Ты никогда он нее не избавишься. А мне придется ей подчиниться. Придется. У меня нет выбора.

Я медленно обхожу стол, робким шагом, будто нащупываю, как далеко смогу зайти, насколько я готова довериться Сету. Возможно ли для нас вернуть все как было.