Онлайн книга «Идеальный мир для оценщика»
|
Была у меня надежда, что этот мир окажется хоть немного похожим на мой. Что за лесом обнаружится город с фонарями и кофейнями. Что система — это что-то вроде технологии, а не магия. Что я, привыкший к гаджетам, интернету и горячей воде, смогу хотя бы позвонить кому-нибудь. Руины на том берегу реки убили надежду, как тот спецназовец, одним выстрелом. Хотя чего уж… У меня новое молодое тело, к нему прилагается непонятная система и навык «Оценка». Еще меч и сумка с барахлом. И есть главное. Разум и опыт. Вот что у меня есть. Опыт долгой жизни, три докторские, тысячи оцененных артефактов и умение не паниковать, когда все летит к чертям. Почти не паниковать… Хотел ты, Леонард, приключений на старости лет? Получай. Полной ложкой и даже с горкой. Кушайте, как говорится, не обляпайтесь… Нужно было четче формулировать запросы ко Вселенной. Всего пару дней назад я мечтал перед сном, как бы испытать что-нибудь необычное, но как-то не уточнил, что хотелось бы без пуль в голову и плотоядных деревьев. Что ж… Будет уроком. Если выживу. А что дальше делать? Хороший вопрос. Гениальный просто… Стою тут на утесе в чужом теле, в чужом мире, с мечом от мертвеца и в порванной туфле. Планов громадье… Я поднялся, отряхнул штаны и зашагал вперед. Интерлюдия 1 Галстук давил на горло. Синичкин Глеб Егорович дернул узел вниз, расстегнул верхнюю пуговицу рубашки и уставился в тонированное стекло. Столица за ним стояла намертво. Ряд за рядом, бампер в бампер. Час назад он задувал свечи. Вернее, задувал не он, а Мишка, десять штук на шоколадном торте, а он держал сына за плечи и чувствовал под пальцами острые мальчишеские лопатки. Жена поставила на стол утку, и корочка трещала, яблоки лопались, истекая соком, а запах стоял такой, что даже охрана у ворот, наверное, глотала слюнки. А еще перед ним стояла непременная граненая рюмка, уже запотевшая. В эти единственные три часа в году Синичкин позволял себе не брать телефон. Зачем он его все-таки взял? Пусть бы разрывался… Синичкин сжал кулак и скрипнул зубами. Теперь рюмка осталась нетронутая, утка остывала, а Мишка, наверное, уже уснул, так и не дождавшись. Синичкин стиснул подлокотник, кожа под пальцами протяжно скрипнула. Автомобиль с правительственными номерами торчал посреди проспекта. Мигалка на крыше долбила свою синюю цветомузыку, но какой в этом толк, если перед капотом, позади, в три ряда по обочине все забито. Светофоры не работали. Ни один. Регулировщиков тоже не было, и перекрестки превратились в неподдающиеся узлы. Синичкин знал, почему не работают светофоры. По той же причине, по какой его выдернули из-за стола. Он прижал кнопку интеркома: — Сколько еще? — Час пик. — Голос водителя был ровный, профессионально-пустой. — Светофоры по всей восточной части вырубились. Объездов нет. — По тротуару. Пауза всего секунда, не больше. — Принял. Сирена взвыла. Автомобиль качнулся, поднялся правым бортом на бордюр и ломанулся по пешеходной зоне. В стекло шарахнуло: чей-то пакет с продуктами ударил о капот, словно снаряд, апельсины покатились под колеса. Прохожие отскакивали, кто-то бил ладонью по багажнику, кто-то орал, но Синичкин не слышал за броней. Он уже открыл папку. Картон, потертый до бархатистости. На обложке надпись черным по серому, без украшений: К. О. С. А. Контроль Особых Стратегических Аномалий. Гриф секретности такой, что само его название мало кому известно. |